«Ученые говорят, что люди хуже переносят жару, чем холод, и каждое лето я соглашаюсь с этим. Но стоит прийти зиме и хорошенько задубеть на морозе, как мое тело оспаривает предыдущее соглашение.» © Мигель Грейс
А днем они надевали непроницаемую маску, периодически ставя спектакли на показательных встречах семейств. А как играли они свои роли для публики! Ненависть в глаза днем и сладостные вдохи ночью. В этом что-то было. Нельзя было скрывать отношения вечно и надо было обрывать все связи, как бы больно по итогу не было. Это было нужно, это было просто правильно. Последняя встреча, последняя ночь - такая страстная и сладкая. Вся ночь была только их, а под утро Бенжамин ушел, как ранее и договаривались они, даже нет, Бэн убежал. Убежал так далеко как мог, чтобы не провоцировать самого себя, чтобы наркотик в виде Лакки не поманил назад. А девушка была вынуждена встречать утро в кровати, в одиночестве. читать далее...
Декабрь, 2019 год
-10...+03 || NC-21
Natе | Alice | Rick | Ty

Chicagoland

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Chicagoland » Архив эпизодов » В аду есть специальное место для меня. Оно называется ТРОН.


В аду есть специальное место для меня. Оно называется ТРОН.

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

В аду есть специальное место для меня. Оно называется ТРОН.

--

Аура & Алек
▼▼▼
мистер Аллен нанимает для жены нового водителя. неожиданно Стоун встречает ту, кто портила ему жизнь в школе.
▲▲▲
▼▼▼
август, 2019 год. дом Алленов.
▲▲▲
▼▼▼

— Ты не можешь мучить кого-нибудь другого?
— Нет, я уже выбрал тебя.

0

2

Не стоило приезжать в Чикаго. Майк был прав - этот город жрал его душу, как голодная гиена рвет зубами воняющее тухлятиной тело, заживо гниющего тигра. Теперь-то, изодранный жизнью,этот хищник не слишком опасен. В нем все так же были силы. Его не сломали годы в филиалах Ада. Он даже почти убедил себя, что за воротами ждёт новая жизнь, лучше прежней. Его тянуло сюда. В город, где он никогда не был счастлив. В город, где он никому не был нужен. Город, который отхаркивал его, как сукровицу после удачного апперкота. Город, где все напоминало о прошлом и его тени лающими псами кидались под ноги. Алек не хотел возвращаться к прошлой жизни. Слишком много он в ней потерял, слишком сильно был виноват. Тяжёлый этот груз не перестанет давить совесть. Гранит едкой вины не смылся ни кровью, ни тяготами жизни в заключении. Этого было МАЛО. Мера наказания несоразмерна содеянному.

И всё-таки он вернулся. Чтобы жить так, как она бы хотела. Быть тем,кем он был в ее глазах. Героем. Мать твою, как сложно, а?!

Алек осмотрел особняк, больше похожий на родовое гнездо какого-то там благородного с родословной до самой Елизаветы. Место, где он теперь работает. Предполагалось,что и жить он должен здесь,но этот пункт Стоун оспаривал вплоть до отказа от работы вообще. Работа работой, а свободу у него теперь никто не отнимет. Да лучше сдохнуть!

Белые,вымоченные в отбеливателе, стены здания наводили тоску. Алек в детстве мечтал быть богат,но жить в таком вот музейного типа доме? Увольте. Тут впору самому стать экспонатом. Мумией, например. Да и счастья эти вот фасады не прибавляли. Алек сразу это понял,как поговорил с нанимателем. Какой нормальный мужик возьмёт в охранники жене зека. Из тех, кто на воле жалкую неделю. У кого в графе опыт работы список бойцовских клубов длиной с Гудзон. Какой нормальный муж с явным удовлетворением бросит сотруднику карт-бланш, мол: зазнается, можешь херануть в целях приведения в ум. Главное не по роже. А то товарный вид выставочной модели - важная характеристика. Алек поморщился. Работодатель вызывал у него отвращение. Сам Стоун, выросший в местном гетто, считал унизительным бить бабу и не опускался до подобного. Он бы и не пошел в эту странную семейку, но бабло хорошее. Нужно же как-то выбираться из дерьма последних лет! Потерпит пару годков, скопит на первое время и свалит отсюда. Из этого давящего на психику города. Из этой остервенелой демократии гниющего капитализма.

Его пригласили в кабинет. Дорогой, изящный, выверенный математически, как будто штат архитекторов ежедневно вымеряет координаты линий и поправляет даже положение скрепки на столешнице. Явно мужской с характером властной тирании интерьер. Тяжёлый, давящий. Кресло,где ощущаешь себя пылью под ногами господ, взгляд хозяина, под которым самомнение,если и было,должно таять. Только Стоун и не таких переживал. Этот мужик только и хорош тем,что из карманов бабло свисает. Таких на зоне раскладывали на пятерых. Пару ходок и все - нет толстосума. Алек дёрнул крыльями носа, сгоняя непрошенную грязь воспоминаний.

-Пусть придет, - бросил новый работодатель через плечо Стоуна. Звучало,как приказ привести шавку. Это все нравилось Алеку меньше и меньше. Он уже почти даже презирал большого босса. Но потом увидел вошедшую (ту, что должен теперь охранять) и сразу встал на сторону мужа. Бедолага, а? За что его боги так наказали. Не удивительно, что озверел. При таком-то подарочке! Да эту не то что бить, испанской инквизиции отдать не жалко!

Первым желанием было отказаться. Таки и вертелось на языке: "в вашем ящике пандорского дерьма копаться не буду вы уж тут сами гребите как можете,всячески сочувствую и умываю руки". Но потом Алек решил,что шанс-то хорош. Почти одним ударом двух зайцев. Он даже виду не подал, что узнал ее. Кивнул сухо и холодно вместо приветствия и спокойно перевел взгляд на ее мужа, давая той понять,что здесь она ему не указ, вещица, что передана на хранение. Бесправный экспонат не более.

+1

3

[indent] Она ненавидит своего мужа. Сегодня она долго думала о том, что было бы просто чудесно прокрасться ночью в его спальню, положить на эту ненавистную морду подушку и придавить посильнее, дождавшись момента, когда он уснет навсегда. Слишком сложно, конечно, да и вряд ли Би смогла бы удержать здорового сопротивляющегося мужика, но попытка была бы засчитана. Гуманнее было бы подмешать ему что-нибудь в еду. Вот только, выходила из дома брюнетка исключительно в сопровождении, а значит, приобрести яд было бы очень не просто. Она уснула под самое утро, борясь с желанием убить своего благоверного. Того, кто запер ее в этом доме, в этом городе, в этой жизни. Сейчас уже не обязательно было быть хорошей женой, дела отца налаживались, и Аура вполне могла показать зубки бывшему партнеру мистера Басса. Но отец просил этого не делать. Неужели, у него остались еще какие-то нерешенные дела с этим мудаком, которого даже язык не поворачивается называть мужем. Би переворачивается на живот, утыкаясь лицом в подушку, и засыпает в таком положении.

[indent] Утро встретило ее все теми же стенами, той же постелью и той же безысходностью. Она снова ловит себя на мысли, как же ненавидит Аллена и все, что он делает. Благо, хотя бы не тянет свои мерзкие ручонки к ней, чтобы облапать. Удивительно. Но, то ли у него хватает ума на то, чтобы догадаться, что от жены он вряд ли получит исполнения супружеского долга, то ли она его вовсе не привлекает. Может, он по мальчикам? Это бы все объяснило, пожалуй, в том числе его одержимость перекаченными дебилами, что ходят за Басс по пятам, следя, чтобы она ничего не натворила. Достали.

[indent] Она появляется в коридоре, встречаясь с двумя амбалами, которых совсем недавно нанял Аллен. Кажется, они еще были не осведомлены о том, на какие выходки способна птичка, что заперли в золотой клетке. Наверняка, этим тоже сказали не реагировать на любые провокации, а лучше даже не смотреть в сторону брюнетки, которой иногда так хочется поиграть с бедными мальчиками. Ведь они даже сихнуть или сходить в туалет не могут без разрешения от начальства. А она может. Она может вытворять все, что угодно, потому что Аллен запрещает трогать ее даже пальцем. Конечно, она же - идеальная картинка для очередного званого ужина, где мудак хвастается своими достижениями и "любимой" женушкой, которая еще и далеко не глупышка. Аура умело поддерживает беседы, стараясь не вынуждать мужа применять силу. Однажды, когда она невинно пошутила с каким-то большим человеком, Аллен до боли сжал ее руку, словно старался сломать. Тогда на предплечье еще долго красовался заметный синяк, который Басс прятала под одеждой.

[indent] Да, ему не нравилось смотреть на плоды рук своих. Он отворачивался с мерзким выражением лица. Впрочем, за последние несколько лет они не слишком часто встречались даже в стенах собственного дома. Завтракала Аура в одиночестве, собственно, обедала и ужинала то же. Прислуга, сочувствующая девушке, старалась скрасить ее будни, подсовывая свежую выпечку из одной из кофеен Чикаго, или разрешая брюнетке улизнуть на улицу, пока не видят амбалы. Всего лишь несколько минут, но иногда они были необходимы.

[indent] Распахнув халатик, девушка проходит мимо охранников, демонстрируя кружевное белье. Открыв дверь гардеробной, она скрывается внутри. Конечно, она могла бы пройти через собственную спальню, не устраивая всей этой демонстрации, но это же было так скучно. Нужно было просто увидеть их выражение лица. Что ж, мальчики, это еще не конец. Впрочем, одевшись, Аура вернулась в свою комнату через внутреннюю дверь. Внезапно ей вдруг наскучили эти парни. Все наскучило. Ей было невыносимо душно в этом доме. Хотелось свободы. Хотелось запустить руку в свой трастовый фонд, свалить отсюда. Но, мужчина совершенно доходчиво объяснил девушке, что она не прикоснется к собственным деньгам, находясь с ним в браке. Не очень-то и хотелось. Она готова отказаться от брака, забрав деньги и укатив в закат. Увы, об этом она могла только мечтать. Как и о том, чтобы избавиться от ненавистного супруга.

[indent] Стук в дверь. Один из охранников открывает дверь, не дожидаясь ответа. - А если я здесь голая? - Изгибает бровь брюнетка, глядя на то, как мужчина опускает взгляд. Она смеется, издевается, но, конечно же, она не голая. Аура понимает, что ее муженьку что-то потребовалось, именно поэтому сейчас этот бугай ломится в ее дверь. Сейчас она совсем не выглядит как жена бизнесмена. Нет этих изящных нарядов, обтягивающих тело. Нет каблуков, от которых могут начать болеть ноги. Ничего, что так любит демонстрировать Аллен своим друзьям. Это вызов. Она появится перед ними именно так, чтобы пошатнуть репутацию мужа.

[indent] Не смотря на свой внешний вид, она появляется в кабинете Аллена с королевской выдержкой. Прямая осанка и взгляд, словно все вокруг настолько ее задолбали, что она готова удавиться. Впрочем, так оно и есть. - Теперь он следит за тобой, - Аллен как всегда разговаривает с ней так, словно она здесь лишь предмет интерьера. Пожалуй, вазе даже проще. Стоит себе на месте, а с нее сдувают пылинки. А ей же приходится улыбаться этому мудаку и тем, кому он пытается хвастаться женой и своим положением. Ее взгляд скользит по новой прислуге. Еще один. Новый. А впрочем, ей плевать. Не удостоив Аллена ответом, Би выходит из кабинета, громко хлопнув дверью напоследок. - Придурок, - она прижимается спиной к двери. Всего лишь мгновение, прежде чем она оттолкнется от двери и вернется в свою комнату.

Отредактировано Aura B. Bass (27 Авг 2019 13:02:39)

+1

4

Алек всегда знал, что с годами люди не становятся лучше. Сегодня получил ещё одно доказательство. Все в ней осталось прежним. Та же высокомерная сучка без царя в голове, живущая по принципу "мое желание закон". На безразличном его лице не отразилось ровным счётом ничего. Эта глупая, некрасивая и такая детская выходка от взрослой женщины - почему бог некоторым не дал ни мозга, ни воспитания?

Муженёк явно привык к подобным концертам. Этого Стоун тоже не мог понять. Так и хотелось сказать: "приструни уже бабу свою, мужик ты или дерьма кусок?!". Он, конечно, промолчал. Это дело личное. Нравится тебе змея под боком, так наздоровье. Странные эти богачи. Деньги есть, а самоуважение в заднице.

-В воскресенье у меня выходной, - спокойно сообщает Алек, глядя в глаза босса. Тут принято свои болтанки изучать- это Стоун ещё на входе просек, но, побывав на зоне, понял, что ставить планку надо с порога. Иначе потом и не заметишь, как проснешься с чужим хером в разодранной заднице. Нет уж, это пусть другие подставляют.

-Не ломайся детка,в карцере холодно,а я теплый, -  лезвие самопальной заточки приветливо ткнулось под ребро. Алек замер. Он знал,что этот этап придется пройти. Ты или тебя. Закон прост. Варианты выбора тоже. Твердый холод металла царапает кожу, уверенная, видать не знавшая раньше отказов ладонь, довольно нагло, чтоб не сказать по-свойски ложится на живот, подтягивая ближе к стоящему сзади. Алек морщится. "Карцер так карцер"… Ему хватает пяти секунд. По бочине сочится тепло. "Мать твою, задел". Туша потенциального любовника оседает к ногам. Крики-суета-надзиратели. Жёсткая дубинка резко выбьет из лёгких сухой кашель. Звякнет задетая заточка, кожу тут же раздует нарывом жаркой пульсации и, освободившийся путь на свободу, опалит толчками высвобожденной крови. На фоне этой неприятности сведённые за спиной руки и грубые пинки в спину ощущаются почти лаской. Черный холод карцера примет равнодушно, жёсткий пол встретит как родного.


Алек сморгнет, провожая воспоминания. Не прогнулся там, не даст шанса поиметь себя и здесь.

-Еще скажи на мессу ходишь, - его давно уже не трогают издёвки.
-Ага, - ответит он в тон, - за вас тоже помолюсь, - опасную дорогу ты выбрал, Алек Стоун, - скажет сам себе, но стойко выдержит прищур холодного сканера взгляда.

-А ты смелый. Не боишься, что верну откуда забрал?

-Я вам нужен. Раз уж вы отчаялись настолько, что не запрещаете приложить в воспитательных целях. Я-то вернусь, откуда забрали. А вы останетесь. Здесь. С ней, - он усмехнется и кивнет на дверь. - за последние годы его много раз пытались сломать. Сколько шрамов он обрёл за этот свой смелый сарказм. Новый босс, может, и был опасен, да только ему, Стоуну, терять было нечего. -Так что в воскресенье у меня выходной. А ещё я сплю. Пять часов в сутки. - Он выдержит паузу и битву взглядов, зная, что выиграл. Можно давить на того, у кого есть слабые места. Семья, страх смерти. Алек Стоун был неуязвим. Он никем не дорожил. Собой так тем более. Все самое страшное с ним уже было.

-Отвечаешь за нее головой, - Алек чуть заметно приподнимает брови.

-Задача, собственно, в чем? Кроме отчётов когда где и с кем, естественно, - муженек меняется в лице. Стоун едва сдерживается, чтоб не усмехнуться. Забавно,что парень из гетто умеет лучше держать эмоции, чем этот хлыщ. - Не дать убиться и убить вашу репутацию? На этом все?

Получив ответы, Стоун выйдет из кабинета и поднимется к нужной комнате. Кретином, слава богу, не является. Уж в доме-то нужную дверь найти может без провожатых.

-Свободны, - короткий приказ стоявшему у двери караулу. - Моя вахта, - улыбнется с явной иронией и войдёт внутрь без стука, закрыв спиной дверной проем.

-Можете звать меня Лекс, мадам, - Алеком его зовут только близкие. Никто сейчас не зовёт. От этой мысли кольнет осиным укусом где-то в левом межреберье,но никак не отразится на лице. - Все остальное делать не можете. Будем считать, что знакомство состоялось. - Она,конечно, ждёт,что непрошенный гость уберется к чертям и станет голодным псом сидеть под дверью. Хера с два. Алек садится в кресло, невозмутимо расстёгивает неудобный пиджак и лениво рассматривает обстановку.

- Не обращайте внимания, мадам. Привыкайте делать вид, что меня нет. Вам это будет не трудно, прислуга это же почти мебель. - В его тоне едкая насмешка,но глаза блестят сталью. - Забудьте о моем присутствии и занимайтесь своими делами.

+1

5

Она ненавидит то, как Аллен обращается с ней. Иногда кажется, что даже к прислуге этот мужчина относится более уважительно. «Спасибо», «пожалуйста», и весь такой правильный, как будто в белом пальто, сияние которого режет глаза. Мерзость. И сам он мерзкий. И все, что делает - мерзко. Даже, казалось бы, обычные слова этого мужчины заставляют Ауру кривить личико. Вот бы вырваться отсюда, сбежать, спрятаться от него где-нибудь подальше, и даже если придётся покинуть Чикаго, к которому она привыкла, девушка будет согласна. Все лучше, чем жить в этой ненавистной золотой клетке, из которой не было выхода.

Она ненавидит его до зубного скрежета. До рыданий в подушку. До разбитой посуды. Ее устраивает то, что она вновь и вновь провоцирует его, идёт на перекор, вытворяет все, что придёт в голову. А он все так же молчит. Это, к слову, тоже бесит. Она молча идёт по коридору в свою комнату, не сдержавшись, роняя на пол дорогую вазу. Кажется, Аллен гордился тем, что приобрёл ее на каком-то аукционе. Что ж, может забыть о ее существовании. Посудина падает на пол, разбиваясь на мелкие осколки. Ох, как жаль. Би даже пару раз наступает на большие черепки, пуская по ним заметные трещины. Хорошо. Даже полегчало немного.

Хочется сбежать, сделать глоток свежего воздуха. Хочется достать пачку сигарет, спрятанных от мужа, выкурить одну, а может парочку, ведь Аллену так не нравится, когда его жена курит. Он даже натренировал этих придурков реагировать на запах из ее комнаты. Сейчас она позовёт прислугу, чтобы та отвлекла амбалов, а сама улизнёт из комнаты, чтобы немного расслабиться.

Аура проходит по коридору мимо одного из охранников, что стоит у двери ее комнаты. - Не надоело ещё? - Вопрос не требующий ответа. Он будет, словно шавка, прислуживать Аллену, выполняя все его поручения. Они все слишком зависимы от него. Но не она. Ей вообще плевать на мужа. Собственно, ему тоже плевать на неё. Так и живут. Аллен уперто не даёт ей развод, хотя она заикалась об этом лишь один раз, после которого попала в больницу со сломанным ребром. «Упала с лестницы» - кажется, именно так объяснили тогда в больнице.

Она собирается переодеться, когда дверь в ее комнату распахивается и на пороге появляется тот самый мужчина, что был в кабинете тирана. Интересно, обычно охранники так просто не вламывались в ее комнату. Она лишь изгибает бровь, когда мужчина ведёт себя слишком развязно, представляется Лексом и разговаривает с ней примерно так же, как делает это муж. Ей не нравится. Предыдущие охранники хотя бы разговаривали с ней уважительно, а не так, будто она какой-то мусор под их ногами. Кажется, этот парень что-то перепутал. Это она здесь законная супруга хозяина, а он всего лишь прислуга, которому поручено присматривать за ней. Его нахальство поражают девушку. Лекс, или как его там, усаживается в ее кресло, расположившись как у себя дома. Интересно. Ей, определенно, не нравится, но это уже становится любопытным. Басс поджимает губы, обдумывая сложившуюся ситуацию. Как теперь она сможет выйти наружу?

Она утыкается в свой телефон, открывая переписку с той, кто понимал ее с полуслова. Несс была подругой Би. Их дружба началась ещё в Нью-Йорке, и теперь перекочевала сюда. Аура знала, что блондинка оказалась в Чикаго лишь из-за карьеры, но как же было приятно узнать, что рядом есть кто-то близкий. Она сообщает подруге о новом охраннике, приставленном мужем. «Избавься, как от предыдущего.» Такое простое и понятное сообщение, которое вызывает на лице девушки улыбку. Ладно, посмотрим, как долго этот мужчина продержится в этом доме.

Аура проходит по комнате, останавливаясь прямо перед мужчиной и глядя на него сверху вниз. - Спать ты тоже будешь со мной? - Это даже забавно. Она бы посмотрела на это. Мужчина в ее постели с официального разрешения мужа. Она закусывает губу, оценивающе рассматривая своего нового цербера. - и принимать ванную тоже при тебе? - Она усмехается, изгибая бровь. Словно в подтверждение, что спрашивает серьезно, Аура расстегивает несколько пуговиц на рубашке. Ровно столько, чтобы мужчина мог заметить ее белье. - Или это я могу делать сама, без пристального внимания очередного мальчика на побегушках? - Ухмыляется, отходя от мужчины и все же сбрасывая рубашку.

Она без стеснения раздевается перед мужчиной. Оставшись в одном белье, Би скрывается за дверью ванной комнаты. Спектакль закончен, теперь она просто примет душ, отмываясь от этого липкого взгляда собственного мужа. Стоя под горячими струями воды, девушка задумалась о желании мужа контролировать ее. Что, если она сможет обернуть его же действия против него самого?

Она появляется из ванной, обернувшись в полотенце и оставляя на ковре влажные следы. Проходит в гардеробную, где облачается в новую одежду. Внезапно, она вспоминает обращение, с которым обращается к ней новый охранник. Выйдя из гардеробной, Би закрывает дверь и наваливается на неё спиной. - Аура, - она привлекает к себе внимание мужчины, - не мадам, не мэм, не госпожа, и что там ещё у тебя в лексиконе. Аура, - точка. Она не хочет чувствовать себя старухой, которую все  называют «мадам».

Отредактировано Aura B. Bass (28 Авг 2019 08:22:15)

+1

6

-Спать с вами? - он изогнет бровь в явной издевке. - За это мне не платят. А если бы и платили, я не пользуюсь общедоступными вещами, - стоило ожидать,что она станет играть  своим телом. Других-то достоинств нет. Но спермотоксикозом Алек не страдал. Давно уже пережил период пубертата и умел держать себя в руках. А воздержание… этому быстро учишься, если тебя не привлекают мужские задницы. Алека не привлекали.
-Ванную можно и при мне, не волнуйтесь, вряд ли я засмотрюсь, - смотреть даже если и есть на что, под таким соусом даром не надо. Он уже купился однажды по юношеской дурости. Вера в любовь и все дела. Второго раза не будет. Те,кто вот так выпячивают себя и берут нахрапной эпатажностью, вызывали у Стоуна не желание, а стойкое отвращение, граничащее с презрением. Если эта глупая кукла решила работать старыми методами, то явно прокололась. С ним не прокатит.

Удивительно. Она так и не выросла. Все эти фразы такие детские, а поступки - сплошное ребячество. Алеку становится смешно и он не скрывает презрительного хмыка. Кажется, его сменщикам тяжко даётся их хлеб. Бедняги. Изящный покат талии, обтянутые тонкой белизной кожи ребра,когда она поднимает вверх руки, лёгкая дрожь живота от напряжения пресса… не каждый сможет смотреть равнодушно. Алек бы тоже не смог, но он слишком хорошо знает, какая гниль под красивой и трогательной этой упаковкой. Хрупкая невинность скрывает похотливую сучку. Если только представить, под скольких она легла по доброй воле, сразу отпадает всякое желание касаться ее самому. Это ж хуже общественного сортира!

Стоун смотрит изучающе, без смущения и интереса. Равнодушно, как надзиратель за шевелением в камере. Изящное белье, тонкое кружево ткани мягко охватывает напряжённые при ходьбе ягодицы. Когда-то он мечтал коснуться их ладонью, накрыть теплом руки и обжечь жаром губ. Каким идиотом делает мальчишек гормональная перестройка пубертата? Теперь вот вспоминаешь и не можешь понять, тебе больше смешно или скорее противно.

-Судя по всему, кто-то ОЧЕНЬ старается привлечь внимание ОЧЕРЕДНОГО мальчика на побегушках, - усмехнувшись, Алек сделает акцент на словах, вернув недавнюю цитату автору. И ведь правда, тот,кого не интересует внимание посторонних, не крутит голой попой в кружевных трусиках, верно? -Иди отсутствие внимание для вас настолько непривычно, мадам? - Она вечно купалась в славе и восторженных возгласах. Ореол царственности витал вокруг, где бы не появлялась эта особа. Что осталось от всего этого? Напускная дурь? Потому что в этом мире Аурелия явно не имела прежнего влияния. И это смешно. Она так уверенно крутила толпами поклонников, а завлечь собственного мужа не смогла. Шутка богов, не иначе.

Алек задумчиво изучает дверь ванной, за которой скрылась женщина. Едва ли она сбежит прямо оттуда. Хотя, в юности она была крайне изобретательна,когда дело касалось гадостей. И крайне жестокой к чувствам других. В плане последнего ничего не изменилось.

Алек был из тех,кто вырос в гетто. Именно поэтому грубость, хамство, эпатаж и доступность не были тем, что в его глазах делало женщину интересной. Его привлекали другие. Стоун всегда вспоминал свою учительницу. Настоящая леди. Даже в той дыре, куда забросила ее жизнь, эта удивительная женщина оставалась человеком. Добрая, отзывчивая, с безукоризненным воспитанием и речью, такой складной, что заслушаешься, забыв обо всем. Аурелии было так далеко до этого идеала, как да Юпитера пешком. Никогда.

Именно поэтому вид ее, завёрнутый в полотенце не тронул Алека. Ни кристальный блеск капель по открытым взору ключицам, не влажный кармин губ. Все это могло бы иметь прелесть, имейся под обёрткой начинка. Но там внутри бушевала и властвовала дикая пустота. А пустоты в Алеке хватало и без того. Иногда он боялся, что однажды эти прерии холодной ярости вырвутся и поработят его. Стоуну нужна была женщина-приют. Теплая и нежная, из тех, что рядом, когда мир изодрал тебя на ошметки кровоточащей плоти. Женщина-отдушина, а не вечная война.

-Это не положено, мадам, - отзовётся Алек сухо. Не потому, что так уж робеет перед правилами, а потому что ей очень уж хочется командовать. Пришла пора напомнить этой зазнавшейся сучке, что приказы здесь отдает не она. Нанял-то Стоуна ее муж..Так что в некоторых вопросах авторитет Алека выше ее и прав на принятие решений больше. Уж с технической частью контракта Стоун ознакомился. -Вы куда-то собираетесь, я полагаю?

+1

7

Она еще улыбается. Еще одно мгновение у нее остается это веселье, которое вызвано появлением нового охранника. Что ж, предыдущий вылетел через неделю, не сдержавшись и протянув руки к жене босса. Не то, чтобы Аллена действительно это волновало, ведь лично он даже близко не подходил к молодой супруге. Но вот факт того, что кто-то нарушил его приказ, явно вывел мужчину из себя. И вот, она разозлила мужа, потому что все прекрасно понимали, что это Аура спровоцировала своего охранника. Мужчину живо уволили, кажется, даже ничего не сломав напоследок, а Би... Ее передергивает от воспоминаний о том, как муж-тиран схватил ее за подбородок, пообещав, что она очень пожалеет о своей выходке. Ни о какой свободе не могло идти и речи. Она, правда, думала, что он убьет ее в тот вечер. Но вместо этого, он приставил к ней нового придурка. Наглого, дерзкого, но придурка.

Она скрипнула зубами, когда он начал разговаривать с ней таким тоном, от которого хочется удавиться. Она сдерживается, старается не реагировать. Он всего лишь один из тех мудаков, типа ее мужа, которые так любят унижать слабых женщин. Что ж, отличную компанию ей подобрал муженек. Видимо, чтобы не расслаблялась и не забывала о том, где находится и кто за все платит. Обидно, больно, хочется накричать на этого идиота, но Би сдерживается. Молча. Лишь шумно выдохнув, пытаясь обуздать закипавшую злость. - Не думаю, что тебе позволено говорить со мной ТАК, - она указывает мужчине на его место. Всего лишь прислуга. Всего лишь еще одна купленная ее мужем игрушка. Она не такая, как он говорит. Но разве это стоит объяснять очередному придурку, который подчиняется ее гребаному мужу.

Ее передергивает от каждого слова этого мужчины. Какого черта он ведет себя так, будто он здесь хозяин. Хотя, наверное, лучше бы так, чем каждый раз видеть это мерзкое лицо Аллена, который притворно улыбается и врет всем, что любит свою жену. А она его нет. Нет. НЕТ! Би наигранно натягивает на лицо улыбку, склоняя голову набок. - А, я поняла, - она хлопает глазками, хлопая в ладошки и подпрыгивая на месте, как маленький ребенок, который только что увидел Санта Клауса. - Тебя интересуют мальчики! - Она смеется, - наш садовник отличный парень, можешь познакомиться с ним поближе. - Улыбка, больше похожая на звериный оскал, и Басс прячется в ванной, скрывая свои истинные чувства.

Ей требуется время, прежде чем она сможет успокоиться. Горячие струи падают на лицо, слизывая с кожи соленые слезы. Ей обидно. Какой-то придурок считает ее доступной и жаждущей внимания, а она плачет как маленькая девочка, словно это сказал кто-то близкий. Нужно было просто не обращать внимания. Мало ли, что думает о ней какой-то охранник. Мало ли, что сказал про нее этот ублюдок Аллен. Она не такая, никогда не была такой. Может быть раньше, когда хотелось выделиться, показать себя всем, заслужить титул королевы школы. Несс всегда была любимицей, а Би пришлось стать самопровозглашенной королевой, пройдясь по головам в туфельках от Джимми Чу и заняв свой воображаемый трон.

Она все еще надеется, что в это охраннике есть хоть что-то человеческое. Но он быстро уничтожает эту надежду, продолжая звать ее этим дебильным словом "мадам". Спасибо, что не миссис Аллен, хотя она никогда и не брала фамилию мужа. Единственное условие, которое ублюдок принял без всяких возражений. По крайней мере, в ней оставалось чувство собственного достоинства. А вот привычное "Я - Басс" резко перестало работать. Всем было плевать, кто она на самом деле. Все видят лишь пустышку, выскочившую замуж за богатенького бизнесмена. Би никогда не пыталась спорить, хотя очень хотелось. Она знала, что будет, если попытается рассказать хоть кому-то правду об этом браке и собственном муже. Он ее убьет. Буквально. Свернет шею. Или прикажет одному из его прихвостней, возможно, даже вот этому новенькому, прострелить ей бошку, увезти в лес и похоронить где-нибудь так, чтобы тело нашли не слишком быстро. Аура знает, на что способен этот ублюдок. Знала, а потому предпочитала помалкивать.

Она лишь хмыкает, вновь уходя в гардеробную и не удостаивая мужчину ответом. Обойдется. Не хочет называть ее по имени, тогда она просто не будет с ним разговаривать. Совсем. Никогда. Вряд ли, его это сильно заденет, но она хотя бы продемонстрирует, что ей неприятно подобное обращение. Но ведь всем плевать, правда?

Би открывает дверь, ведущую в коридор, осматриваясь по сторона и замечая, к своему удовольствию, что у дверей больше не стоят амбалы. Значит, этот Лекс теперь единственный ее спутник? Она выходит из гардеробной, тихо прикрывая дверь. Почти крадется по длинным коридорам, прислушиваясь к любому шуму. Вот одна из служанок выходит из кабинета ее мужа. Би даже не хочет думать, что мог сделать Аллен с этой девчонкой. Она же знает, что он спит с кем-то. Но ее никогда не интересовало, с кем именно. Проскользнув мимо кухни, она выходит через заднюю дверь на улицу, вдыхая свежий воздух. Один лишь взгляд на собственные окна. Где-то там сидит этот чертов Лекс, и даже не догадывается, что ей удалось улизнуть прямо у него из под носа. Би быстро добегает до калитки, сняв с ног дорогую обувь, и вырывается на свободу. Бежать. Почему сейчас? Черт его знает. Но, почему бы нет.

+2

8

-Мне даже позволено вас бить, если потребуется, - не стоило этого говорить, но так хотелось ткнуть ее носом в собственную бесправность. Хотя, бить женщин Алек не привык. Ему было противно и тошно от мысли самоутверждаться за счёт женщины, при условии, конечно, что та не заслуживала подобного отношения. Эта заслуживала, но Стоун не желал унижаться до побоев. Это просто жест собственного бессилия. В побоях нет никакой воспитательной силы, наоборот. Ты либо ломаешь человека, либо растишь в нем ненависть к себе. И все же сказать не значит делать, верно? Пусть осознает, наконец,что своими выходками довела тут всех до крайней степени бешенства и теперь не в том положении, чтобы кем-то командовать. Даже своими слугами. Довольный собой, он снова откинется в кресле, внешне такой расслабленный и спокойный. Ровно до момента, когда эта сучка обронет свое треклятое предположение. Всего на секунду взгляд его сузится. Она, конечно, не заметит, а Алек останется сидеть, глядя расфокусированным взглядом на дверь гардеробной.

-Майк! Майк! - пальцы его побелели, а он все трясет безвольное тело брата. - Мать твою! - собственно и его тоже, она ж общая у них.  Скорая, крики, кто-то разжимает его пальцы… Ему 15. И он родился не для этой жизни. Он хочет быть обычным парнем. Играть в футбол, слушать панкрок, врубив колонки до хрипоты соседей. Не стирать обосраные штаны сестрёнки, не снимать из петли младшего брата. Перестать наконец быть отцом и матерью, стать мальчишкой. Ему хочется тишины, сытного ужина и чтобы хоть раз в жизни кто-то проявил заботу о нем самом. Несбыточная мечта. Вместо этого, он винит себя во всем. В том,что не достаточно смелый, сильный, решительный. В больницу сопровождающим его не берут - сам ещё ребенок. Он чувствует опустошение и бессилие, сжимает кулаки и врывается в комнату матери. Ее нет дома. Зато отчим,развалившись на кровати, лениво тянет пиво под телек. - Это ты! Ты! - Алек сжимает кулаки, понимая, что ничего не исправит. Сальная ухмылка короля жизни ему ответом: - Тоже хочешь? - жирная от чипсов рука тянется к ремню. Алек мечтает его убить, но знает, что не сможет. Он не убийца. Даже этого не сможет пырнуть ножом. Он просто не такой. Мальчишка выбегает из комнаты под громкий смех и щелканье каналов…

Кажется, он провалился в прошлое слишком надолго. Подопечной все не было и, осознав это, Стоун заволновался. Резко поднявшись, в два счета пересёк комнату: - Если вы решили удавиться на лифчике - дурная затея, - распахивая дверь сообщает он пустоте. В царстве тряпок и сумочек никого. Выругавшись, Алек принимается обыскивать комнату, находит телефон. -Идиотка,ушла без сотового! Дура с заказами малолетки! - он злится на то,как легко в очередной раз провела его эта лиса. Почти как тогда, в школе. Надо же, нашла больное место, ловко ткнула иглу под ребра и свалила в туман. Алек быстро пролистывает последние сообщения, удивившись, что телефон не запаролен. Странно.

Облажаться в первый же час работы! Невероятный болван! Алек вылетает из комнаты, не встретив никого по пути. Хоть тут повезло. Телефон сбежавшей оттягивает карман брюк. Если понадобится, можно начать обзванивать контакты. Лучше, конечно обойтись без шума, чтобы босс не узнал о степени компетенции нанятого охранника. А то не видать ему ни денег, ни светлого будущего.

Куда она могла пойти? Да куда угодно! Угадаешь тут, когда ни дня еще не проработал. Куда она вообще ходит? Бары? Рестораны? Клубы? Спа? Куда вообще ходят бабы с деньгами? Мужской стриптиз? Так не в такое же время! К подруге, может? Без денег? То есть пешком? Или на такси за счёт ожидающего!? "Как же бесит, а! Вот найду и свяжу к чертям!"

Алек снова достает телефон,чтобы проверить переписку последних часов, но потом понимает, что маячить у парадного входа в дом глупо. Ещё шеф заметит и тогда ваще хана. Занятый проверкой мессенджеров, Алек просто шагает вперёд, пока не заботясь тем, куда идёт. Чтобы определить цель нужна хоть одна зацепка. Вот ведь кретин! Оставил без надзору!

В бок прилетит тугим ударом. Стоун поднимет пылающий бешенством взгляд. Мяч. Просто мяч. Мальчишки в сквере гоняют футбол. Вон машут, подай мол. Алек ловко поддает носком ботинка. Это в школе он не был спортсменом, потом жизнь и не такому научила. Мальчишки восторженно-благодарно машут безмолвное "спасибо". Алек решает подойти ближе, описывает свою пропажу. Ну они ж давно тут играют, если вдруг шла мимо и заметили.

В этот раз ему везёт. Кто-то из парней указывает поодаль. Отсюда видно только часть головы и ногу, остальное загораживает ствол старика-дуба. Алек благодарит и резко шагает к цели.

Молча садится на край скамьи. Хочется наорать на эту идиотку, высказать все, что о ней думает. Но Алек молчит. Так же молча протягивает телефон: -Первое правило успешного побега, всегда брать с собой телефон и деньги, - спокойно, даже безразлично сообщает он. - Если ещё раз сбежишь, - не ожидая позволения нагло перейдет на фамильярное "ты", - искать не буду. Изнасилуют или покалечат - не моя проблема. Скажу муженьку,что сама ноги раздвинула. Уверен, он не станет сомневаться. - Перед ними озеро. Небольшое, искусственное, но есть катамараны и лодки. Круг совсем маленький, но ему нужно размять мышцы и выпустить пар. Злость,вопреки спокойному тону, бурлит в нем лавой проснувшегося вулкана.

Она сидит рядом. Обманчивая хрупкость. Такая трогательная нежность фигурки. Ненакрашенная, настоящая. Жаль, что все это только видимость. - Будем считать плановой прогулкой, - вставая сообщает он. - Идём покатаю. - Застынет напротив, ожидая, пока она поднимется, почти уверенный, что зря предложил. Сейчас очередная порция яда обрушится лавиной. Она поднимает глаза. Эти невероятные, глубокие глаза с медовой радужкой, манящей и такой загадочной, как блестящий на солнце янтарь. - Я не скажу, что ты сбежала. Ты не скажешь,что не уследил. - Взаимовыгодная сделка.

+1

9

Кто бы сомневался. Этот ублюдок Аллен совершенно взбесился после последней выходки. Теперь разрешает прислуге прикасаться к ней. Замечательно. Просто отлично. Она просто счастлива, что смогла довести мужчину до того состояния, когда он не видит другого выхода, кроме как применять к жене физическую силу. Лекс не прикоснулся к ней еще и пальцем, но слова больно ударили брюнетку. Она словно почувствовала тот самый удар. И где только Аллен находит таких мудаков, которые соглашаются бить несчастных женщин. Может быть, у них там целый клуб, где они планируют особо жестокие избиения своих жен и подружек? Ее передергивает от одной мысли. Страшно. Кто знает, на что способен этот мужчина, который так спокойно сообщает, что может ее бить. Разваливается в кресле, будто теперь эта комната стала их общей. Интересно, как Аллен позволил ему находиться так близко к Басс, ведь он прекрасно знает, на какие уловки может пойти брюнетка, чтобы избавиться от своего конвоя. Он либо резко отупел, либо точно знает, что этот Лекс даже не взглянет на нее.

Очевидно же, что по мальчикам, потому что Аллен далеко не глупец. Би усмехается, но это не выглядит как добрая усмешка. Скорее оскал зверька, загнанного в угол и пытающегося защититься от зверя покрупнее. Попытка огрызнуться, не более. И ей плевать, как хорошо ей удалось задеть этого парня. Ей вообще на все плевать. Кроме себя.

Свобода кажется такой желанной, такой необходимой, такой долгожданной. Аура выходит на улицы города, вдыхая этот воздух. Передвигаясь на машине с этими амбалами, у нее никогда не было возможности насладиться солнцем, что сейчас скользило по коже, согревая и даря какую-то призрачную надежду на счастье. Она отходит подальше от дома, и только тогда надевает на ноги обувь, которую все это время держала в руках. Она знала, что ее будут искать, но у нее была возможность скрыться. Маловероятно, что ее не найдут. Но попытаться... Она должна была. Просто должна. Иначе она вечно будет винить себя за то, что не попробовала.

Оказавшись на улице, Би еще наслаждается тем, что у нее получилось сбежать. Недолго. Скоро она понимает, что ей некуда идти. Совсем. Она не знала, куда может пойти. Конечно, можно было бы пойти к Несс, но Аура понятия не имела, где живет подруга, которая, непременно приняла бы ее и спрятала от мужа тирана. Она так же не знала, где искать кузена, который живет в Чикаго. Было бы странно ходить по улицам и спрашивать, не знает ли кто-то Басса. Черт возьми, конечно, знают. Это же Басс. Тот еще придурок, но все же братец, который слишком сильно был похож на саму Ауру, несмотря на то, что они никогда толком не общались.

Она растерянно оглядывается по сторонам, словно ища поддержки со стороны. Забудь, Басс, никто здесь тебе не поможет. Могут еще и сдать тебя Аллену, если вдруг узнают о том, что он может заплатить кругленькую сумму за беглянку. Он может, да, только для этого ему стоит узнать о побеге. Сначала он открутит голову новому охраннику, а потом пошлет своих шавок на поиски. Или сначала отправит на поиски, а потом открутит головы всем шавкам, что упустили ее из дому. Плевать, что следить должен был один. Остальные же не перестали от этого служить ему.

Это было бы даже смешно, если бы от осознания собственной беспомощности не становилось так грустно. Она, как заблудившийся ребенок, который понятия не имеет, где дом. К своему разочарованию она понимает, что у нее нет с собой телефона. Было бы так просто позвонить Лиззи и попросить забрать ее с улицы. Наверняка, Стоун сорвалась бы с места, чтобы найти подругу и поскорее спрятать от этого ублюдка.

Теперь у нее нет шансов. Но возвращаться... Вот так, как побитая собака, которая в итоге приползает к ногам хозяина? Би не могла себе такого позволить. Лучше она останется на улице. Замерзнет, проголодается, но ни за что не вернется туда по собственной воле. Никогда. Не для того она использовала, пожалуй, свой единственный шанс, чтобы просрать его к чертовой матери. Она резко выдыхает, оглядываясь и замечая небольшой парк. Ей просто нужно подумать.

Присев на скамейку, Би убирает волосы за уши, обхватывает голову руками, сгибается под весом собственной беспомощности, упираясь локтями в колени. Какая глупая попытка спастись, которая не привела ровным счетом ни к чему. Зачем было пытаться, если даже не позаботилась о путях отступления. Дура. Еще и телефон остался в доме. Что уж говорить о том, что с собой у брюнетки не было ни гроша. Точно, дура. Просто идиотка. Наверное, это ее судьба - вечно быть подле ног этого мерзкого ублюдка. Черт возьми, она даже боится представить, что сделает он с ней, если узнает о побеге. То, что случится с Лексом - пустяк, мелочь, вполне гуманное наказание. Ее же будет ждать нечто особенное. Этот человек, что разрешил, в конце концов, бить собственную жену, снова причинит ей боль. Опять. Как же она ненавидит его и все, что он делает. Хочется кричать, но Аура не хочет привлекать к себе внимание. Может быть, никто еще не заметил, что она пропала? Может, стоит уйти подальше, найти способ заработать немного денег, и просто свалить из города. Но вряд ли у нее есть столько времени.

Он опускается на скамью тихо, и Би даже не поворачивает головы, продолжая рассматривать носки своей обуви. Она даже готова поверить, что он нормальный, когда протягивает ее телефон и советует сбегать с деньгами, но... А, нет, показалось, вот опять это мнение о ней, как о шлюхе. Не особо раздумывая, Би выпрямляется, замахивается на мужчину, чтобы отвесить ему пощечину. Он не имеет права. Он не знает ее. Даже этот мудак Аллен никогда не был о ней такого мнения. Конечно, ведь он знает, что она заперта в этой клетке без шанса на какие-либо связи. Впрочем, не очень-то и хотелось. Опять же, она совсем не такая, какое создает впечатление.

Он предлагает покататься. Шутка? Он над ней издевается? Би непонимающе поднимает на него глаза, ожидая, что сейчас он опять скажет что-нибудь о ее доступности или обязанности подчиняться. Ничего. Лишь уговор не сообщать Аллену о случившемся. Она просто кивает, поднимаясь на ноги. - Он убьет, если узнает, - брюнетка обнимает себя руками, словно пытаясь закрыться от всего мира. Аура правда боится своего мужа. А Лекс даже не представляет, на какое дерьмо согласился работать.

Отредактировано Aura B. Bass (29 Авг 2019 11:36:51)

+1

10

-Больше. Никогда. Так. Не делай, - резкая чеканка слов, тихая, но оттого ещё более пугающая. Пальцы его довольно грубо схватят хрупкое запястье. "Глупая девочка, ты надеялась, что я пропущу удар?" Чемпион андеграунда по боям? Отживший столько там, где даже во сне остаешься предельно напряжен? Там, где от реакции зависит жизнь. Дуреха, куда тебе с такой-то скоростью удара.

Хватка его крепкая, но Алек точно знает - синяков не будет. Хищный прищур его глаз вопьется в возмущенный котел гнева внутри ее зрачка. Дикая кошка, тебя давно уже поймали в силки. Клетка, вот твой дом. Поводок,вот твоя участь. И ты полностью ее заслужила.

-Не вынуждай меня быть грубым. Мне плевать, что вы с муженьком не поделили. Все, что меня интересует - получать свои деньги в срок, - на самом деле ещё отомстить за прошлое,но о таком вслух не говорят, так что хватит с этой номинальной королевы и полуправды. - И не забывай, неприкосновенности у тебя нет. Ты не британская Королева, а монархия у вас в семье фиктивная, - он хмыкнет, мол, что не ожидала даже такой жалкой степени образованности от третьесортного водилы? Конечно, ведь прислуга не люди. Не удивительно, если она считает, будто простой народ и читать-то не умеет. - Поэтому советую вести себя хорошо. И тогда я тоже буду достаточно гуманен, - предложение покататься на лодке тому подтверждение. Уж Стоун-то хорошо знает, как душно в клетке. Стены давят на мозги, и хочется застрелиться от эмоционального удушья. Полная изоляция. Вокруг, вроде, есть люди, но все они только мешают. Хочется выбраться, вдохнуть свежесть послегрозовой прохлады. Да даже зноем дышать так невероятно сладко! Всяко лучше, чем неволей. У нее, у неволи, свой особый, тяжелый аромат безнадеги. Алек надышался всласть, так что понимал стремление этой бунтарки сбежать. Он бы тоже пытался, только с большим умом и успехом.

Алек изогнет бровь на угрозу о реакции мужа, усмехнется беззаботно, даже с пофигизмом: - Не убьет. Согласно контракту, я должен сопровождать вас при любом контакте с внешним миром. Что означает, вам, - он снова вернётся к этому "вы", - позволено гулять в моей компании. А мне необходимо охранять. - Широкий жест рукой, то ли подводя итог, то ли обозревая окрестности: - Сопровождаю и охраняю. Утонуть не дам,но будешь плохо себя вести, скину в воду, - общаться с ней на "вы" трудно,ведь когда-то он даже считал ее своей девушкой! Дурак всё-таки.

Приходится для верности взять Аурелию за руку. Ещё не хватало гоняться за ней,как придурку, по всему парку людям на смех. Шутом Алек не был и приобретать подобные квалификации не стремился. Ее рука холодная, как будто купание в холодной воде уже состоялась.

Стоун привык ходить быстро,но сдерживает размах шага. Они же вроде на плановой прогулке, а гулять положено медленно. Это, конечно, при условии получения удовольствия от променада,что совершенно точно не соответствовало действительности.

В будке с билетами сидит молоденькая девушка. Милая даже. Вежливо улыбнувшись, Алек здоровается: - Прекрасный день, мисс! Как думаете, достаточно хорош для заплыва? - подмигнув в тон шутке, Стоун бросит на тарелочку для монет купюру. - Нам вот ту с синей кормой, на полчаса. Надеюсь, у вас есть одеяла, на случай падения в воду? - Шутливо округлив глаза, Алек улыбнется тепло и открыто. Всё-таки девушка-то не виновата,что мегера из богачей уже испортила ему сегодня настроение. - Спасибо, мисс. Вы прекрасны ничуть не меньше,чем этот день! - обернувшись, он кивнет спутнице на выбранную лодку: - Эту недавно чинили, а значит, меньше шансов оказаться в воде не по собственному желанию, - пояснит он. Тут весь транспорт изношенный. Недавний ремонт, это даже хорошо при таком раскладе.

Ловко спрыгнув с причала, Стоун упрется ногой в доски и подаст даме руку. Пусть она и редкая зараза, но это не повод опускаться до ее уровня и забыть о воспитании. Если он из бедных, ещё не значит, что не знаком с нормами приличия и этикетом. Зря что ли все это изучал, мечтая вырваться из болота в новый мир изысканных манер и лучшей жизни. Скинув пиджак для большей свободы движений, Алек закатает рукава, оголив браслет кельтской вязи на запястье. Несколько рун звякнут при движении по кожаной обмотке шнура. Стоун надавит веслами и лодка довольно плавно тронется от берега. То что надо. Немного нагрузки, чтобы выпустить пар. Он легко работает веслами,кажется, совершенно не напрягаясь. Рубашка натягивается на волнах мышц. Алек молчит. О чем им разговаривать-то.

0

11

Она не ожидала, что он поймает ее руку. Не ожидала, что он позволит себе сжать ее запястье - от этого действия внутри что-то перевернулось, но Аура даже не дрогнула, глядя в его глаза с вызовом, будто отвечая на каждое его слово. Как ещё она могла донести до этого невежды, что она - нормальная. Не шлюха, которую он в ней внезапно увидел. С другой стороны, с каких пор ее должно волновать, что думает о ней прислуга. Би не совсем понимает, почему его мнение вдруг так сильно задевает ее, но она слишком мало думает о причинах, сосредоточившись лишь на том, что происходило здесь и сейчас.

Его голос пугает. Не меньше, чем она боялась бы сейчас голоса мужа, если бы посмела ударить его, вместо того, чтобы разбивать дорогие игрушки Аллена. Тиран не позволял жене прикасаться к нему, собственно, это было взаимно, и Аура тоже ненавидела его прикосновения. Грубые, способные навредить. Он ни разу не провёл мягко по ее щеке, но с удовольствием сжимал ее запястья, норовя сломать их. Она чувствовала, что ещё немного, и он перестанет сдерживаться. Но Аллен поступил умнее, он решил покалечить супругу чужими руками.

- Ты понятия не имеешь, во что влез, да? - Она усмехается. Конечно, Аллен нанял очередного дурачка, который будет верить в бредни о гулящей жене, которая слишком сильно достала мужа. Ни слова правды. Правды о том, что он вынудил отца девушки отдать Ауру за него замуж. А ведь у неё могла быть другая жизнь, там в Нью-Йорке. Иногда Би задумывалась о том, что делала бы, если бы ее жизнь не превратилась в Ад. Наверное, гуляла бы с подружками, создавая проблемы родителям. Похоже, именно это привлекло внимание Аллена. Она могла бы поклясться, что он специально появился в жизни Бассов со своей чертовой помощью, когда отцу девушки было особенно тяжело. Он все продумал. Хитрый ублюдок. От осознания, ей становится мерзко, и девушка кривит губы. Она - трофей. Именно тот трофей, который Аллен любил мучать больше всего. А у неё даже убежать по-нормальному не получается. Замечательно, никак ей не вырваться из клетки.

Он точно не понимает, когда так легко усмехается, услышав, что его новый хозяин может убить. - Ему плевать, он видит только то, что хочет, - она пожимает плечами. И все-таки, узнав о побеге, пострадают они оба. Молчать, дабы спасти собственную шкуру - не самый хреновый вариант из всех возможных. Пора было перестать строить из себя гордую и независимую, позволив Лексу делать свою работу, раз уж он согласен прикрыть этот ее проступок. Конечно же, чтоб прикрыть свою собственную задницу, но обычно тупицы мужа словно забывали, что тоже могут получить по шапке. Просто докладывали, просто становились жертвами, просто продолжали свою работу. Чаще всего.

Когда Лекс берет ее за руку, по телу проходит мелкая дрожь. Что это, попытка удержать ее рядом, чтобы она снова не сбежала? Конечно, да, так оно и есть, но почему то это прикосновение к ее руке заставляет сердце биться чаще. Пожалуй, Лекс первый, кто вообще касается ее кожи за последние несколько лет, не собираясь при этом сломать ей что-либо. Впрочем, Аллен может сломать и без этих вот нежностей, типа взятия за руку. Тело реагирует на столь редкое тепло чужого тела, и Аура ответно сжимает руку мужчины. Со стороны, наверное, могло показаться, что это просто парочка, что гуляет в такой прекрасный летний денёк.

Они доходят до будки с билетами. К тому времени на лице Ауры появляется некое подобие улыбки. Почти искренней, но ещё не похожей на ту, что излучает счастье. Она вырвалась на прогулку. И компания нового охранника - лучшее, что могло бы быть. Он даже вполне симпатичный, хоть и ведёт себя с ней так, будто она в чём-то провинилась конкретно перед ним. Не было. Потому что Би не помнит. Потому что, она впервые его видит. Потому что он просто один из тех, кого купил Аллен. Ещё одна декоративная шавка. Может быть, он даже похвастается новым экспонатом, если Лексу удастся удивить и порадовать его. Например, ударив непокорную женушку. Давай, мальчик, заслужи одобрение хозяина.

Она стоит за его спиной, пока он флиртует с девушкой в будке. Мать его, он ФЛИРТУЕТ! Аура машинально сжимает кулаки, ловя себя на мысли, что ее бесит подобное поведение нового охранника. Эй, парень, она вообще-то ещё здесь! Лицо билетерши говорит само за себя, возможно, она просто не видит девушку, что стоит позади, или просто бессмертная, если думает, что может вот так улыбаться занятому парню. Они же с Лексом выглядят именно так, правда? - Милый, а ты не охренел? - Она изгибает бровь, подходя ближе и положив ладонь на спину мужчины. Улыбка с лица продавщицы билетов исчезает мгновенно. То то же. Улыбнувшись своей самой широкой улыбкой, Би отходит от будки вместе с мужчиной. А что, ей даже понравилось.

Она немного удивляется его манерам, когда он любезно подаёт руку, помогая брюнетке зайти на борт. Она никогда не плавала на таком. Она вообще мало что успела увидеть в жизни после того, как закончилась школа. От той Ауры, кажется, не осталось и следа.

Би с интересом наблюдает за тем, как Лекс управляется с вёслами. Его мышцы натягивают ткань рубашки, и это выглядит завораживающе. Она молча разглядывает его тело. Обнаженные предплечья, широкие плечи, эти мышцы. Ее взгляд скользит по его животу, но принятая мужчиной поза не даёт рассмотреть всего. Да и одежда становится помехой. Неловко. Аура смущенно опускает глаза, надеясь, что мужчина просто не заметил этого заинтересованного взгляда. А что она могла, собственно, поделать? Би с трудом может вспомнить, когда ее кто-то хотя бы обнимал искренне, не пытаясь навредить здоровью.

+1

12

Она конечно думала, что Алек глухой, слепой и дурак. Откуда ей знать, что таких, как ее муж, Стоун знал немало. Тот тип людей, что считают себя небожителями и вечер решают за всех остальных. Им же с Олимпа виднее. Словом, вопреки мнению своей подопечной (Алек решил, что иногда нужно заменять привычное "сучка" чем-то ещё) Стоун отлично знал, во что ввязывался ещё до подписания контракта. Знал и о том, чем рискует. Ничем. Потому что рисковать нечем. Такой вот грустный Каламбур. Теперь-то со своей жизнью можно делать все, что угодно. Никаких якорей. Полная свобода. Отсюда и рождалось то, что Аурелия расценила глупой бравадой. Алек знал: либо ран, либо пропал. Эта работа могла стать его билетом в новый мир. Тот самый, о котором мечталось с голодой юности. При худшем же из раскладов, эта же работа могла вернусь его туда, откуда он только пришел. Или даже туда, откуда уже не возвращаются. Что не слишком отличались от перспектив, открывавшихся перед вчерашним знали в мире без связей, возможности найти нормальную работу и вырваться из замкнутого круга. Так что единственной, кто не понимал, что здесь на самом деле происходит, была сама Би.

Даже эта прогулка в лодке. Чем она была для птички из клетки? Глотком свободы? Аурелия даже не подозревала, что на самом деле голодный кот не тот, что остался дома. Ленивый, толстый аристократ с родословной в три страницы, какой из него охотник. Опасаться, по-настоящему опасаться, стоило как раз Алека. Потому что этот знал, как не упустить добычу. Раз уж решил отомстить, так теперь точно постарается.

Он помнил все: свою глупую надежду, бешеный восторг, от которого наивное сердце влюбленного мальчишки пытались разорвать Порошенко рубаху, чтоб прыгнуть в наманикюренные ручки своей богини. Все это хорошо, крепко засело в памяти, но больше всего надменная ее усмешка и язвительный тонн признания. Это было больно. Тогда, ещё не обросший брошенный цинизма, не сделавший внутривенную прививку реальностью, он позволил себе мечтать. Он. Мальчишка из рваного квартала. Ох, как веселились они с подружками. Алек до сих пор чувствовал ту злость на себя, вкупе со стыдом и горечью разочарования. Как трудно было возвращаться к черноте беспросветной бытовали после пяти минут надежд. Теперь этот же урок получить и сама Би. Он покажет ей другую жизнь. Даст попробовать на вкус, глотнуть щедро, вдохнуть аромат призрачной свободы. Он покажет, каким мог бы быть. А потом поступить так же, как поступила с ним она сама. Это честно. Возможно, ей тоже пойдет на пользу. В конце концов, Алек тогда сразу повзрослел. И этому претенциозные в теле женщины тоже пора. То она полагалась на родителей, теперь на мужа и его прихвастней. Когда-то же надо начинать использовать и свои мозги. Из тех, что ещё не отрафировались.
Они делают первый круг в молчании. Алек даже не смотрит в сторону подопечной. Ему и не надо: вода зеркалом отображает задумчивый туман ее взгляда, ещё более задумчивый в хваткой ряби водных волнений.. От вечно по воде идут круги. Облака дрожат пуховой периной над хрусталем синевы, и большие ее (Би) глаза в обрамлении тоскливой задумчивости сентябрьского неба кажется ещё более печальными. Наверное, он бы даже мог посочувствовать, будь на ее месте кто-то другой.

Они делают ещё один круг. Алек думает о том, как преподнести эту прогулку шефу. Стоун прожил на зоне достаточно, чтобы научиться хорошо тасовать не только карты, но и факты. Он умел врать так же искусно, как шулер с важным талантом лицедея. И план был готов.

-Пора возвращаться, - безапелляционно сообщит он,направляя лодку к берегу. - Хорошего в меру. - ухмылка скорее ироничная, чем искренняя снова сделает его заморачиваться охранником без мозгов и собственного мнения. И тем странное на фоне этого жеста смотрится галантно поданная рука. Лодка чуть шатнется, когда Алек уберет ногу: - И  да, сцены ревности будешь устраивать своему благоверному. Я тебе не вещь. И тебе не принадлежу, привыкай к этой мысли. - Его уверенная, горячая ладонь поймает руку, чтоб своенравная эта особа не вздумала сбежать. Резвым шагом Алек отправится к будке билетерши,улыбнется открыто и мягко девушке в окне: - Спасибо, отлично покатались. И простите эту особу. Моя начальница из богатых. Они все плохо воспитаны, - Подмигнув, махнет на прощание свободной рукой и решительно поведет подопечную к ее тюрьме. Остановится у фургончика и предложит мороженое, взяв себе молочный коктейль: - Из-за тебя остался без обеда,так что подождешь уж. Голодным ходить не намерен.

+2

13

Признаться, Ауру вряд ли на самом деле волновало то, понимает ли ее новый охранник, куда вляпался, в какое говно он добровольно влез, подписывая контракт с Алленом. Она даже не уверена, что хочет рассказывать мужчине обо всем, на что способен ее муж. Она беспокоилась о себе - все той же невинной девушке, которую, буквально, продали за то, чтобы погасить долги семьи. И ведь она продолжала любить мать и отца, снова и снова оправдывая их поступок. Отец мог пострадать. Би знала, на что способен ее муж, она не могла даже представить, как тот угрожает отцу или матери. Было сложно, но она должна была это сделать ради блага семьи. Увы, понимание пришло не сразу, и первое время она даже пыталась бороться с этой несправедливостью. Конечно, Аллен быстро объяснил ей, что она не имеет здесь никаких прав. Впрочем, обязанностей тоже. Принцесса, которая могла делать все и ничего одновременно. Каждый ее шаг, каждое действие - под пристальным присмотром накаченных идиотов, которых сложно воспринимать как-то иначе, чем просто пеньки с глазами. Ей понадобилось время, чтобы понять и принять свое положение.

Страшно стало тогда, когда дела мистера Басса пошли в гору. Кажется, он больше не зависел от Аллена, но она по-прежнему не могла даже мечтать о разводе и свободе. Он не отпустит ее. Разве что, однажды, сломает ей шею, выкинет как ненужный мусор, чтобы найти себе новую жертву. Умирать Аура не собиралась, поэтому подчиниться было самым лучшим решением. К тому же, Аллен не требовал от нее ничего особенного: сопровождение на светских мероприятиях и послушание. Все. С последним, конечно, у девушки было сложно, но даже с этим тиран уже смирился. Теперь он ругал прислугу за очередную разбитую вазу или раскрашенные балончиком стены в его кабинете. Ауре даже иногда было немножечко стыдно. Редко. Она снова и снова протестовала лишь для того, чтобы однажды надоесть ему. Она еще наивно верит, что он просто выгонит ее, оставив без копейки, забрав ее трастовый фонд, который итак уже держит крепкой хваткой.

Она проводит языком по пересохшим губам, отводя взгляд от мужчины. Зрелище, которое не оставляет равнодушной даже ее. И сейчас даже не хочется язвить и вести себя как глупая девица. Можно было бы что-то сказать, но Би все так же молчит, глядя на воду и круги, расползающиеся по поверхности от очередного движения весел. А ведь героини романов, пытаясь убежать от подобной жизни, готовы на самоубийство, но Аура слишком хочет жить и все еще верит в более адекватный выход из всей этой ситуации. Например, придушить Аллена во сне.

Может ли она противиться, когда он заканчивает прогулку? Он же итак, пожалуй, нарушил пару правил. В том числе, прикрыл ее побег, решив разобраться в этом тихо, без шумихи. Она должна быть благодарна, но ей все так же не хочется возвращаться домой. Домой, черт возьми. Она никогда не сможет искренне назвать это место домом. Как же хочется убраться отсюда, но вряд ли сбежать это хорошая идея. Она же убедилась в этом, зачем снова повторять ту же ошибку?

Аура кривит губы от слова "благоверный". К горлу подступает приступ тошноты, который она даже не пытается скрыть. - Фу, мерзость, - она изображает, будто ее тошнит, закатывая глаза. Не важно, понял мужчина или нет, к чему именно относилась ее реакция. Пусть, даже к ревности. Она не ревнует. Нет. Ей не с чего ревновать какого-то охранника к безмозглой девице, что продает билеты на лодочки. Это все, чего она добилась в жизни? Сидеть в будке и продавать билеты? Не удивительно, что она откровенно флиртует с каждым, кто ей мило улыбнется. Никакого чувства собственного достоинства. Мерзость. Еще одна.

Она, конечно, промолчит о том, что как раз ей сейчас она и принадлежит. Как игрушка. Да, он работает на Аллена. Но работает только потому, что за НеЙ надо следить. Потому, что ЕЙ нужен контроль. И это ему придется проводить с НЕЙ много времени. Серьезно, чем не забава? Да, не такая тупая, как остальные. Да, не поддающаяся на провокации. Но все равно забава, игрушка, которую рано или поздно заменят другой, потому что Аллен всегда меняет охранников, едва заподозрив, что те становятся благосклонны к женушке.

Он снова флиртует с билетершей, и в этот раз Аура послушно молчит, но поджимает губы. Ей не нравится, но, кажется, сейчас она не готова ссориться с охранником. - Что ты знаешь о воспитании? - Фыркнув, она морщит носик и надувает губки. Как он вообще смеет оскорблять ее подобными словами. Она не глупая, воспитанная и вообще вполне нормальный человек, если узнать ее получше, чего, к слову, никто даже не пытался никогда сделать. Зачем? Ведь красивая упаковка куда важнее, чем глубокий внутренний мир. Она упрямо откажется от мороженого, и даже не будет смотреть на мужчину с его молочным коктейлем. - На кухне столько еды, но, конечно, то, что подают в этой антисанитарии куда лучше, - она складывает руки на груди, изгибая бровь. Почему бы просто не вернуться домой, раз уж все равно собирались, и не попросить на кухне любой еды, какой только пожелает. Может быть, она все же ошиблась в его умственных способностях?

Отредактировано Aura B. Bass (15 Сен 2019 16:09:46)

+1

14

Поразительно. Высокомерие богачей всегда его удивляло. Почему они считают, что, не имея денег, человек непременно становится неотёсанным тупицей. Априори буквально. Первое время Алека это бесило, теперь скорее забавляло. На деле оказывалось, что ограниченные и узколобые как раз сами небожители. И эта маленькая, глупая напыщенная девчонка такая. С первых дней знакомства она считала себя лучше других и даже сейчас, в капкане мужской власти, все ещё пребывала в обнимку с иллюзиями о своей уникальности.
Алек проигнорировал ее нападки саркастичный хмыком,который, конечно, весьма красноречиво намекал на  едкое "точно знаю о воспитании больше,чем ты". Пусть он не был аристократом, ни потомственным богачом, но чурьаном тоже не был. Возможно (вероятнее всего) он в своей нелегкой жизни прочёл раза в три больше книг, чем эта высокомерная пустота.

-Что ты знаешь о жизни? - оплатив свой напиток, Алек спокойно пошел в сторону хозяйского дома. Если она думала, что кто-то станет уговаривать или уламывать, то это вопрос не по окладу. За по ешки ЧСВ жены хозяина ему премию не доплачивали, так что Стоун не считал нужным напрягаться. - О жизни за забором твоего особняка? - вот это высокомерие такое глупое, такое смешное. Просто поразительное. И она ведь даже не знает, что сама отказывается от жизни этой своей косностью мышления. - Самый вкусный хлеб, этот горбушка, отломленная по дороге домой. Ещё теплая, прямо на улице. Прохладный ветер, горячий хруст зажаренной корочки. Дада грязными руками, - округлив глаза, Алек искренне рассеется своей пародии. - Как видишь, не помер, довольный прищур после большого глотка холодной молочной пены. - Да все твои лобстеры и омары ничто в сравнении с горячим хлебом, купленным в пекарне за углом, - весёлый хмык, мол, много ты понимаешь.
Остаток пути они пройдут молча, благо недалеко,а Алек никогда не слыл болтуном. Дом их встретит покоем, Алек проводит подопечную в ее комнату:

-Советую не сбегать, - заметит он и, к удивлению, уйдет. Спустится на кухню, попросит принести обед для хозяйки в ее комнату, зайдет умыться. На обратном пути его остановит один из коллег: - Шеф вызывает, - Алеку знаком этот тон, с но ками иронии. Прямо так и слышится "вылетишь отсюда, новенький".
Пожав плечами, Алек сменит маршрут.

-Вызывали, сэр? - бог местного мирка поднимет надменный взгляд от бумаг. Каменное лицо, стилет взгляда. Кивнув, предложит войти и закрыть дверь. Присесть не предложит.

-Где ты был?  - как быстро в этом доме передвигаются радости. Надо же.

-Исполнял обязанности, - уверенный тон, полная убежденность в своей правоте. - Ваша жена требовала пойти на прогулку в парк. Сообщила, что уйдет одна,если её не сподобятсч сопроводить. Я решил,что лучше под присмотром. Полчаса у пруда. Никаких контактов с внешним миром. Ни разговоров, ни звонков. - Ведь именно этого хочет новый шеф, да? Так пожалуйста.

Алек замолчал,стойко выдержав взгляд,хмурый, злой. К чему тут придраться?
-Почему не доложил?
-Так вот, докладываю. Изначально говорилась о регулярных докладах, а про отпрашиваться ничего не обсуждалось. Если нужно, я учту. Но тогда мне нужно разрешение беспокоить вас в ЛЮБОЕ время дня и ночи. Мало ли,когда миссис пожелает отлучиться. Пока буду отпрашиваться, она и сбежать может, - да-да, вам это очень не выгодно. А она может и мы оба это знаем. Мужик подождёт губы недовольно натянутой тетивой. После долгого молчания жестом велит свалить, кинув в спину: -Докладывать обо всем. - Довольный собой, Стоун вернётся в комнату хозяйки. Той как раз уже принесли обед.

-Как лобстеры? - не без усмешки уточнит Стоун, сядет в приглянувшееся кресло, изучая свою подопечную. - Говорил с вашим мужем миссис. Он был не слишком доволен, - и замолчит. Пусть она помучается без подробностей.

-У меня, кстати, законный перерыв на обед. Так что веди себя хорошо. Если я буду сыт, не значит, что стану добреньким увальнем. А муж твой так точно не подобреет. - И выйдет,преспокойно закрыв за собой дверь.

0


Вы здесь » Chicagoland » Архив эпизодов » В аду есть специальное место для меня. Оно называется ТРОН.