Chicagoland

Объявление

План засел у меня в голове уже давно. Не то что бы это был мой профиль. Я занимался другим, совсем другим, но решил, что раз есть возможность подорвать деятельность всей этой шайки с другого конца, то почему бы им не воспользоваться? Сообщил начальству. Не тому, у которого руки в крови и в выделениях разных танцовщиц, за дозу готовых родную маму продать, а тех, что вроде как чисты на руку. Вроде как защищают государство изнутри. Боже, храни Америку, какие же мы охуенные, всю преступность искореним. Они дали добро. Только вот подставляться было нельзя. Оно и понятно - мне потом дальше работать в этой человеческой клоаке. Но план засел в голове давно и слишком прочно, как иглы дикобраза в жопе. Я даже знал, с чего начать. далее
*достаю книгу темных и начинаю читать заклинание призыва дьявола. Призываю Нейтана* © Thomas West
Январь, 2020; -10...+03 || NC-21

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Chicagoland » Архив эпизодов » over and over


over and over

Сообщений 1 страница 22 из 22

1

OVER AND OVER

https://funkyimg.com/i/2VLVZ.png

Брендон & Каллиан
▼▼▼
Не так то просто отпустить прошлое, в котором ты был счастлив?
▲▲▲
▼▼▼
17.08.2019
▲▲▲
▼▼▼

And i didn’t think about
All the ways i hurt you and myself
And i hide
Wouldn’t say a thing to you
I keep it to myself and my mind

Код:
<!--HTML--><center><iframe frameborder="0" style="border:none;width:400px;height:70px;" width="400" height="70" src="https://music.yandex.ru/iframe/#track/28217174/3444915/white/dfdbcd/">Слушайте <a href='https://music.yandex.ru/album/3444915/track/28217174'>Over and Over</a> — <a href='https://music.yandex.ru/artist/58027'>The Goo Goo Dolls</a> на Яндекс.Музыке</iframe></center>

+1

2

On the first page of our story
the future seemed so bright
then this thing turned out so evil
I don't know why I'm still surprised
even angels have their wicked schemes
and you take that to new extremes
but you'll always be my hero
even though you've lost your mind

  Месяц... кажется, прошел ровно месяц с того дня, как ее жизнь рухнула. А может... и больше. Каллиан не следила за днями. Они ей были безразличны. Все ее ощущение времени сводилось лишь к двум состояниям: часы бодрствования, во время которых она старалась не думать и не вспоминать и часы сна, в которых рядом был муж. Муж, которого она продолжала любить вопреки всему. Муж, которого ей не хватало до безумия,до закушенной губы и сломанных ногтей. Днями она пыталась вести себя адекватно, не показывать сестре своего состояния, а ночами... ночами она выла в подушку.
  Ее не допускали к работе. Для допуска, требовалось разрешение психиатра. Что бы его получить, требовалось с ним общаться; требовалось раскрыть перед ним свою душу, а она... не могла. Не могла сказать вслух, что муж ей изменил, а она оказалась слишком слаба, что бы бороться за них. А ведь обещала... клялась, что никогда не уйдет, что всегда будет рядом... и не важно, что произойдет... не смогла... сломалась... и за это ненавидела себя и его.
  Месяц... вот уже месяц она жила в аду! Раны на теле... они затянулись и не беспокоили, а душевные... они гноились, причиняли  боль и не позволяли забыть... не позволяли оставить все в прошлом и двигаться дальше. Каждый день она общалась с дочерью и, глядя на нее, видела мужа. Мужа, которого больше не было рядом, потому что она сама так решила. Она видела в ней человека, который подарил ей самое большое счастье на свете, а после...разрушил ее жизнь до фундамента...
  Утро... или обед? Она не знала, да ее это и не интересовало. Квартира была пуста, так как сестра была на работе, а племянница в школе... кажется... Уэллер ни в чем не была уверенна. Она даже не была уверенна в том, что ее существование - это реальность,  не плод воспаленного сознания... Как знать, быть может, она уже давно клиент психушки? Все может быть... но разве есть какая-то разница? Никакой... абсолютно.
  Вечер... скоро вернется сестра с племянницей, а Калли так и слоняется по квартире. Она знает, что вновь будут расспросы и тревога в голосе Розмари, но... она не хочет этого! Потому что ни одна забота, ни одно сочувствие не вернут ей ни утраченного ребенка, ни мужа... Любовь к ним разъедает ее изнутри; отравляет ее сущность; не позволяет жить. И она срывается... идет в душ, приводит себя в порядок и надевает что-то  из гардероба сестры. Ей нужно на воздух.. на улицу... куда-то, где можно будет напиться. Напиться до такой степени, что бы не чувствовать больше ничего...
  Ночь... почти утру... она сидит в очередном баре... пьет очередную порцию виски... и понимает, что просто не может... не может вновь заснуть без него... не может не думать о нем... это злит... из-за этого бунтует гордость, но... ей уже плевать... алкоголь сделал свое дело... хотя бы сегодня, но она обманет эту жизнь... позволит себе обмануться, пусть на утро и пожалеет об этом горько. Вот только этобудет потом, когда протрезвеет.
  Молодая женщина достает телефон, открывает чат с мужем и... долгое время гипнотизирует последнее сообщение в нем... свое собственное... что же, он сдержал свое слово... ушел и не беспокоил, а она... она не смогла... Мне плохо... забери меня из бара..Она отправляет ему сообщение, а следом и геолокацию скидывает. Видит, что сообщение не только доставлено, но и прочитано. Надеюсь... он приедет...
  - Еще бокал виски, пожалуйста...

+2

3

Было много работы. Очень много работы. Были тусовки с группой после записи. Черт, он умудрился даже выпустить клип и улыбаться как придурок, потому что петь, было единственным, что заставляло его отключаться. Три выступления, два радио эфира и два выступления на телевиденье. Агент явно постарался воспользоваться состоянием Брендона, видя его изможденное состояние и пытался все это вывернуть в удобное для него русло.
Мудак...
Много работы, дни которые сливались воедино, и по приходу домой сил оставалось только на то, чтобы разутся и упасть на кровать отключаясь, чтобы встать по будильнику и снова ехать на студию. Это были самые удачные варианты сценария, когда он не замечал этой гнетущей тишины дома, не замечал пустоты.
Блядство...
Раньше он любил тишину и одиночество. Или ему казалось, что любил. Но сейчас, было невыносимо. За какие-то полгода он так привык к этой типичной, нормальной жизни, которую раньше не воспринимал, считал, что это бред, и не для него. Но, может все дело было в Каллиан? Она была врачом, но она прекрасно уживалась в его тусовках, постоянно была рядом, она веселилась на его уровне, поладила с группой, и бросалась в омут с головой. Сделала себе тату и не была некой типичной мамочкой. Хотя порой явно казалось, что они уделяют меньше времени Ивон и потом наступали дни, когда они все пытались наверстать. Он не был ограничен, и она сделала все, чтобы ему невыносимо было не чувствовать рядом ее присутствия, чтобы он испытывал неловкость от того, когда его спрашивали, где его жена.
Наверное это и было любовью. А он ведь толком ни разу не сказал ей этого. Но он пел ей это. Зачем что-то говорить, когда слова это просто звуки, куда важнее показывать, и он ведь показывал.
В клубе было шумно и Брендон с командой уже пели на бис, ему нравилось, когда свет софитов светил в лицо, а толпа подпевала его песни, он повернулся к музыкантом, красноречиво выводя ноты песни и подмигивая, как-никак но фансервис имел место быть.
Он устал за это время, но знал одно, что лучше так, ибо дома его ждала бутылка виски и таблетки. Те таблетки, что не купишь в аптеке, но что помогали забываться. Глупо, но это было явно лучше того, что он вновь бы вернулся к кокаину.
- Спокойной ничи, а точнее скоро утра Чикаго! - он поклонился и убежал со сцены.
- Отлично, через четыре дня начнётся тур по штатам, давай взбодрись, три месяца ада! - менеджер довольно хохотнул, похлопав Брендона по спине. Это было почти ночное шоу, коих Вентц не любил, но которое явно будет неплохо освещено в средствах массовой информации.
- Так говоришь, будто по всем, всего-то десять городов, я еще не на своём пике, Котик, - отмахнулся Вентц, смотря, как команда тоже спустилась и все прошли в гримерку.
Брендон упал в кресло, доставая сигарету и закуривая, не обращая внимание на запрещающий знак. В горле пересохло, и усталость разливалась по телу.
- У меня есть бурбон, мальчики угощайтесь! - Мэри, басистка из группы довольно извлекла бутылку и раздала стаканчики,- Надо отметить, скоро у нас первый тур, пусть и небольшой, но это начало!
- о, Мэри, ты знаешь, как ублажить мужчину, даже сразу четверых, - Вентц сделал небольшой глоток, пусть и желание напиться вновь вворачивалось в голову, но гримерка не лучшее место.
- Конечно, это всё опыт, - она улыбнулась,- Я давно не видела Калли, у вас точно все нормально?
- Не обсуждаю! - Брендон поднял стакан и отвернулся.
Мэри явно хотела что-то ответить, но в комнату вошли работники, предлагая вывести инструменты, а Брендон скинул с себя пиджак и рубашку, натянув свежую футболку.
- Поехали в паб, отметим нормально? - сказал Вентц, в тот момент, когда обратил внимание на пришедшее сообщение.
Каллиан...
Все внутри обдало нервным холодом. Она не писала ему с того самого дня и теперь он видел ее имя.
Дата развода?
Хочет поговорить?
Что там?

- Вентц, ау, так в какой? - Эрик, коснулся плеча Брендона, который кажется пропустил кусок диалога.
- Что? - мужчина посмотрел на гитариста, вспоминая, что было и беря телефон, читая сообщения, от которого в сердце появилась эта ебучая надежда. - В любой, я беру слова назад! Надо к жене, простите. - он посмотрел на вошедшего менеджера, - Отвези мои вещи в студию, я завтра заберу, всем пока!
Он быстро вышел из клуба, через запасной выход к парковке, замечая нескольких фанатов и махнул им:
- Сегодня без фото, простите, но вы лучшие!
Он сел за руль Jaguar F-Pace, и поставил навигатор до указанной точки. С заднего сидения он достал и накинул на плечи кожаную куртку и поехал по указанному адресу, который был совсем недалеко от клуба.
Не лучшая идея была появляться в подобном месте, но спасало время суток и то, что он не думал ни о чем другом.
Он осмотрел бвр, выцепляя знакомый силуэт у барной стойки. Она сидит, или почти лежит на стойке, покручивая в пальцах рокс с янтарной жидкостью. Черт, она выглядела так желанно, и вся скука и тоска по ней лавиной свалилась на него.
- Девушка, не хотите закурить? И можно ли познакомиться с Вами? - он положил локото на стойку рядом с ней, смотря на нее,- Или мне проще просто унести Вас отсюда? - он осмотрел ее убирая улыбку, и в его глазах было беспокойство.
Сколько в тебе уже?

+1

4

Их отношения... они всегда были на грани. На грани допустимого и возможного. На грани любви и ненависти. На грани нормальности и зависимости. Они не признавали полумер. Они всегда требовали друг от друга по максимуму. И, наверное, именно это и сыграло с ними злую шутку. Точнее, сыграло злую шутку с ней... Очередной бокал виски... а сколько было выпить ранее? Она не знала... но можно будет потом проверить по расходам с карты. Она написала мужу, что ей плохо, но... это определение не передавало и сотой доли тех чувств, что душили девушки. Наверное... мне все же стоило плюнуть на все и улететь вместе с матерью и Ивон, но... это означало бы крах! Крах всему! Крах нашему браку... вот только он и так уже наступил... осталось всего лишь найти адвоката по разводам... Но, тем не менее, она написала ему, а не вызвала банально такси. Уэллер вновь открывает чат с Брендоном и видит, что прошло уже достаточно времени, а его... его все еще не было... Не приедет... на ее губах появляется грустная усмешка, а сама Калли на мгновение прикрывает глаза. Больно... но почему?.. Я ведь сама его отпустила... дала полный карт-бланш на любые безумства... Она залпом допивает остатки виски в бокале и пытается сфокусировать взгляд на бармене:
- Повтори, двойную порцию... и, счет дай, пока я еще не отключилась... - телефон все так же лежит перед ней, рядом с ним ей ставят очередной бокал и кладут счет. Но ей сейчас не до этого. Сейчас Калли вспомнила, что у нее, оказывается, есть с собой сигареты, а значит...можно добить свой организм порцией никотина... блять! Как всегда, сразу происходит ассоциация с песней, которую ей посвятил Вентц. Она вообще любила его творчество. Любила, когда он напевал то-то Ивон, укладывая ее спать. Любила, когда внезапно он ловил ее по среди кухни и, шепча на ухо текст очередной песни, увлекал в танец. Они действительно были вместе счастливы... Были - ключевое слово...
  - Девушка, не хотите закурить? И можно ли познакомиться с Вами? - она слышит его голос, чувствует аромат его парфюма... и не сразу понимает, что это уже не плод ее пьяного сознания. Но вот, она чувствует его руку рядом с собой, поворачивает голову и встречается с ним взглядом. Все же приехал... И от этой мысли на мгновение становится легче. Легче потому, что не смотря на на что, все еще важна для него - Или мне проще просто унести Вас отсюда? - она видит, как игривое настроение мужа испаряется и его место занимает беспокойство. Видит, как внимательно он всматривается в ее лицо, но... на ее губах лишь кривая усмешка, как приклеенная... Что, Брендон, не ожидал? Не думал, что смогу довести себя до такого состояния? Вот и я не думала... хотя могла... еще тогда... но тогда я узнала про Ивон...
- С каких это пор мы знакомимся? - она все же не сдерживается и пытается подхватить его беззаботный тон. Ей очень хочется забыться хотя бы на час... забыть о всех событиях этого месяца... вернуться в то время, когда они были единым целым - Пожалуй.... курить мне все же не стоит... - она делает очередной глоток янтарной жидкости, но уже даже не чувствует ее крепости, вновь посмотрев на мужа, она все же просит - Забери меня домой... - а в следующий момент она чувствует, как он берет ее на руки. Слышит, как бармен напоминает о неоплаченном счете. Наблюдает из под полуопущенных ресниц за тем, как муж рассчитывается за ее алкоголь и, забрав ее же смартфон, направляется к выходу. Ее руки привычно обнимают его, а нос утыкается в ключицу. Она вдыхает аромат его туалетной воды, что смешался с его собственным ароматом, и от этого голова начинает кружиться... Его присутствие, его близость... они пьянят куда сильнее выдержанного виски. - Ты с выступления?.. - ей хочется сказать ему, как сильно ей без него хреново, как сильно хочет, что бы все вернулось на свои места, но... она не может... не может переступить через себя... не может признать, что вновь сломалась... Но сейчас, сейчас она была там, где хотелабыть больше всего на свете - рядом с ним. по крайней мере сейчас...

+1

5

Это было странно видеть, сколь надломленной и ранимой была Калли. Как она смотрит на него. Ее голос, пусть и пьяный ласкал его слух. Он безумно скучал по ней, ему не хватало ее присутствия, ее общения, ее тепла.
- Ты отказываешь от никотина, ух-ты. - насмешливо и иронично проговорил Брендон, смотря на молодую женщину, на то, как туманиться ее взгляд и как она близка к тому, чтобы отключиться.
Интересно, она это осознает?
А если бы я был в другом городе?
Беспечная дурочка...

- Хорошо, - выдохнул Вентц, просто подходя ближе и не церемонясь беря супругу на руки.
- Она еще не успела оплатить счет, - сказал бармен, поглядывая в сторону кожаной книжечки.
- Карты принимаете? - спросил Брендон, смотря на официанта и на утвердительный кивок коснулся терминала. После вывалил несколько крупных купюр на стол бармену:
Прости, друг, все что есть из наличных, - не хотелось бы, что бы за отсутствие чаевых его прокляли.
Он берет ее телефон и кладет себе в карман, махая бармену и открывает дверь.
Это выглядит мило, если бы не было столь болезненным и грустным.
Ему нравится, как она обнимает его, как нуждается в нем. Он никогда бы не осудил ее за подобное поведение, хотя многие бы наверняка закатили бы скандал, но ей было плохо, да пусть это было бы и простой вечеринкой, он бы просто отнес ее до их постели.
Когда она говорила про дом, в голове роилось много мыслей, что это означало, простила ли она его, или она про свою квартиру. Где она жила все это время, кстати?
Но он обещал не лезть, он должен был просто оберегать ее. Только что она найдет дома, не самую убранную квартиру и колеса, которые он не видит смысла прятать дальше шкафчика в ванной?
- Да, было неплохо, только тебя не хватало, - он ухмыльнулся, смотря на женщину, - Хоть я был в Чикаго.
Он мягко опустил ее у автомобиля.
- Постой пару секунд, мне надо достать ключи.
Брендон все же придерживал Каллиан, ища в карманах брелок, который нашелся через некоторое время. Замки поднялись и он открыл дверцу, помогая Каллиан сесть, и пристегнул ей ремень.
- Попробуй уснуть.
Он обошёл машину вокруг, закрыв предварительно ее дверь и сел за руль, быстро заводя машину и направляясь в сторону дома.
Так обманчиво привычно, так странно, и чертова надежда тонким напылением ложится на осознание реальности. Слишком мерзко.

+1

6

Наверное... им бы держаться друг от друга по дальше. После всего, что произошло, после того, как она решила уйти от него - это было слишком жестоко, писать ему. Но она не могла иначе. Да, будучи трезвой, девушка не писала ему, сдерживала свои порывы, но алкоголь... он стирает все рамки; он уничтожает все границы и делает ничтожными все доводы разума. Она нуждалась в нем. Нуждалась на столько сильно, что самой было страшно. Страшно на столько, что от этих часов темноты она решила взять все, что только можно. Потому, что она была уверенна - больше этого не повторится. Потому, что дальше будет только хуже и больнее. Но это будет завтра, когда Калли протрезвеет, а сейчас... она обнимает мужа за шею и просто тонет в тепле его тела. Уэллер чувствует, как бережно он прижимает ее к себе, понимает, что своим сообщением лишь дает ему ложную надежду... но этой ночью она эгоистка, которой плевать на последствия.
- Да, было неплохо, только тебя не хватало, - девушка слышит ухмылку в его голосе, чувствует, как он смотрит на нее - Хоть я был в Чикаго. - и тихо просит:
- Брендон, пожалуйста, не надо... не усложняй. Мне и так трудно. Мне больно. Мне на столько паршиво без тебя, что кажется, буд-то схожу с ума. - она говорит это тихо, в то время как муж, бывший муж, не стоит забывать об этом, ставит ее на асфальт, что бы достать ключи из карманов. Но все равно, Уэллер чувствует, как бережно он придерживает ее за талию. Почему? Зачем ты так поступил? Я ведь чувствую твою заботу, твою нежность?! Так зачем была эта глупая измена? Для чего?! Ей хочется кричать. Ей вновь хочется требовать от него ответов, но она молчит. Лишь позволяет ему помочь себе сесть в авто и пристегнуться ремнем безопасности.
- Попробуй уснуть.
  - Не хочу... - она откидывает голову назад и устремляет взгляд в окно. Каллиан слышит, как Вентц садится в авто. Слышит, как заводит мотор. Остро чувствует его присутствие рядом. Казалось бы, все как раньше, но так лишь кажется. Теперь их разделяет пропасть, хоть и достаточно протянуть руку, что бы коснутся его. В салоне царит тишина. Давящая. напряженная. Нехорошая. Каллиан не хочет такой тишины. Не хочет этой пропасти хотя бы сегодня. И она говорит. Говорит о том, что чувствует. Говорит, и понимает, что своими словами причиняет ему боль. - Во мне словно живет два человека... одна требует перестать страдать херней и вернуться домой. Выполнить собственное обещание и бороться за нас до последнего... другая же - она ничего не требует и не кричит, лишь менторским тоном напоминает, что если вернусь и ситуация повторится - это уничтожит меня окончательно... Я не могу спать по ночам, потому что ты во всех моих снах... я не могу ничего делать, потому что все равно, постоянно, ищу тебя взглядом, ищу твоего одобрения... - они как раз останавливаются на светофоре и Калли решается. Отстегнув ремень безопасности, девушка наклоняется к мужу и шепчет ему в губы - Я не знаю, что будет дальше... я не знаю, как поступлю в итоге... но ты мне нужен... хотя бы сегодня я хочу вновь почувствовать себя той Каллиан, которая была безумно счастлива, когда ты позвал ее замуж. - и целует его. Целует отчаянно, цепляясь пальцами за волосы и забывая о том, что они вообще-то в машине и цвет светофора давно уже зеленый.

+1

7

Она упрямится его предложению, и он лишь тихо ухмыляется на ее сопротивление.
Брендон, приоткрывает окно, чтобы закурить. Ему надо, надо отвлечься на что-то механическое, пусть это и будет простой вдох или выдох, простое стряхивание пепла за окном, простая слежка за дорогой.
От нее пахнет духами и алкоголем.
Невыносимо.
Он скучал по ней, а теперь ему приходиться просто радоваться тому, что она рядом, что позвонила ему, и пытаться не думать о том, что это означает. Ведь она пьяна, сильно пьяна и разбита, и он знает, сколько ошибок можно совершить в этом состоянии, знает, как потаенные желания вырываются из-под массивного замка и бьют по голове, заставляя делать то, о чем потом будешь жалеть.
Он знал не по наслышке, потому что много лет жил в хмельном бреду и самообмане.
Брендон сделал очередную затяжку и некуртуазно выкинул окурок из окна.
Светофоры, нахрена они нужны в это время суток?
Отвлеченная мысль проскользнула в голове, когда он услышал, что Каллиан заговорила.
Ее слова, они лились потоком, который заставил его отвлечься от дороги и смотреть на нее. На каждое ее слово он хотел возразить, но она просто говорила.
Бороться? Ты не поверила мне?!
Что значит повториться?! Я этого не делал!
Блядь!
Блядь!!!
Ищешь... Я тоже... всегда, на каждом концерте...

Он бессильно ударил по рулю на слове "повториться", и больно сжал его, вдавливая пальцы к гожанную оплетку, чувсвуя, как боль и злоба наполняют его.
Да, дай мне сказать!
Он открыл рот чтобы его мысли стали материальны, но не успел, а лишь ощутил то, как его губы смяли его и он подался вперед.
Блядь, он так скучал. Неимоверно. И плевать, что вкус ее поцелую был вкусом виски, она просто положил голову на ее затылок притягивая ее к себе, и радуясь тому, что улицы еще пустые.
Это было обжигающе, вновь ощутить ее, почувствовать пробежавшую горячую волну в теле, туманящую рассудок, и отстраниться, понимая, что это неправильно. Он просто нажал на газ, и выдохнул, не зная, что и сказать.
- ты сейчас не в себе, Каллиан. Не стоит делать того, о чем пожалеешь. - она вновь достал сигарету, ему надо было вновь закурить, чтобы сбросить напряжение, и остудить себя, ибо тело предательски быстро среагировало на ее присутствие, ее запаха и отсутствие секса за месяц.
- Ты так и веришь в то, что я сделал это осознанно? - он разочарованно кивнул головой, тихо цокнув языком.
Если это так, то к чему ее пафосные речи о борьбе. Неужели анализ крови был чист? Впрочем, если эти люди и туда пробрались? Блядь, походило на паранойю. Она просто не поверила. Да и он бы не поверил...
Злость прожигала, и Брендон лишь злобно сжал фильтр никотиновой палочки, заезжая на парковку жилого дома.
- Приехали, - она вышел из машины.
Внутри Брендона была злоба на Каллиан, и нужда в ней, желание все вернуть, но как, если она не слушала его. Но да, ситуация была паршивой.
Он открыл пассажирскую дверь и вновь подхватил жену на руку, закрывая автомобиль.
- Тебе наверное надо было взять что-то адсорбент в аптеке. Ладно, дома что-то осталось.
Он подошёл к лифту и вызвал его, ожидая когда двери откроются. Он молчал, не зная, что сказать, не зная что и думать, сейчас ему надо было уложить в постель Каллиан, и только после пойти на кухню и хорошенько напиться.

+1

8

Ее порыв... его не оценили. Она понимала, что из них двоих - трезв именно Брендон, а значит - голова работает. Они словно поменялись местами, но... от этого все равно было горько. Да, она была пьяна! Очень сильно пьяна, но... она нуждалась в нем! В его тепле, его поцелуях, в его теле... Она хотела почувствовать себя живой, а не заторможенной амебой, но... он отказал ей. С трудом, но все же отказал. А ведь она чувствовала... чувствовала его желание, его голод. Она чувствовала это в их поцелуе, в первом, за последний месяц.
- Я в любом случае пожалею... сделаю или нет. Потому... Господи, да потому, что я уже сказала. - ей хочется сказать, что она его любит. Ей хочется, что бы все было как раньше, но... не будет как раньше. Никогда. Не будет потому, что она ему не доверяет, а он - он не простит этого недоверия. Замкнутый круг. Гребаный бег по кругу, выход из которого один - развод. Сейчас она понимает это отчетливо,как никогда. Но при этом понимает и другое: даже если разведутся - она все равно не разлюбит... и уже никогда не полюбит кого-то другого.
  - Я не знаю, во что верить, Брендон. Я просто не знаю... Я видела разбросанные вещи по всей квартире - от входной двери и до спальни. Я видела тебя, в постели с другой женщиной... в нашей постели! И я видела то видео... Частичке меня хочется верить тебе... той самой, что любит тебя, но другая часть меня, та самая, рациональная, которая никогда не верила в любовь до нашей встречи... плевать, не важно! - Уэллер, ты не в состоянии поговорить с психологом, что бы получить доступ к работе, но, тем не менее, откровенничаешь с тем, кто тебя до этого довел... На ее губах появляется горькая усмешка, но она молчит... мозг вновь начал работать, анализировать, и ей не нравится это. Она не хочет думать! Она всего лишь хочет чувствовать присутствие Брендона рядом и все! Всю оставшуюся дорогу они молчали: мужчина курил, а она просто смотрела в окно. Говорить больше было не о чем.. По крайней мере пока...
- Приехали, - все же она умудрилась задремать, и когда Вентц промолвил о том, что они прибыли - Каллиан удивленно посмотрела на до боли знакомый подъезд, что за этот месяц стал чужим. Она не успевает отстегнуть ремень безопасности и открыть дверцу самостоятельно,  как вновь оказывается на руках у мужа. Вновь нежные объятия... Ее вновь окутывает теплом его тела... Иона тянется к нему, не смотря на тяжелый разговор в машине. Шаг, второй, третий... и вот они в подъезде. Оказавшись же в лифте, все так же на руках у мужа, Уэллер не выдерживает и целует его в шею: легко, мимолетно... именно так, как ему всегда нравилось. И ей бы успокоиться, остановиться, но...
  - Сегодня все будет по моему... я не хочу думать о прошлом... я не хочу упускать момента... - оказавшись в квартире, девушка окидывает ее внимательным взглядом и не произвольно морщиться. Ну,если описывать то, что она увидела, одним словом - срач! А ведь меня не было лишь месяц... Оказавшись вновь стоящей на полу, Калли промолвила, не глядя на Венца - Я в душ! - при этом, внутри нее жила мета о том, что он все же к ней присоединится.

+1

9

Он пытался не слушать ее слова, пусть они и казались разумными, правильными и логичными. Только вот всё равно все для них все никогда не будет так, как было. Ему не было доверия, а она не станет ему верить. И это было обосновано.
Он никогда не был рациональным, но он никогда раньше не был женат, не был отцом и не пытался создать ту жизнь, которую хотел.
Можно ли было повзрослеть за какие-то полгода?
Ответа на вопрос этот не было.
Чего добивалась Каллиан? Она просто следовала за своими инстинктами или это был способ примирения? Она хотела чтобы он объяснился ей вновь? Упрашивал ее? Доказывал свои чувства или это ничего не значило? Голова шла кругом, ибо понять то, что хотела женщина было трудно, а главное сделать так, чтобы они оба не жалели, ибо сейчас между ними была пропасть. Слишком большая и поглощающая все.
В подземном паркинге было прохладно, поэтому приехавший лифт порадовал и он внес ее внутрь.
Ее горячий, влажный поцелуй на его шеи и он прикрывает глаза, шумно втягивая носом воздух. Блядь, он был готов прижать ее к стенке в этом лифте, чтобы услышать ее вдохи, стоны, чтобы выдолбить из нее все ее сомнения.
Только что-то мерзкое и рациональное внутри говорило о том, что это всего лишь разовая акция. Будто его просто хотят использовать
Неужели ей мало этой боли?
Брендон медленно выносит ее из лифта и ставит у двери, дабы ее открыть и затем разуться.
Он не знает, что чувствует сейчас. Точнее оп прекрасно знает это, но всячески сдерживает себя и свои порывы, боится вновь сорваться с грани, чтобы потом остаться с пустым сердцем, потому что он просто не выдержит, и тогда в его жизни явно появится что-то посерьезнее таблеток и алкоголя.
Голова уже начинает неприятно трещать, и не только от усталость, а от сдерживаемых эмоций и раздумий. Ведь все так просто, упасть в этот омут, но нет.
В квартире темно, хоть на улице и светает, только сейчас квартира выглядит иначе, и дело было не в беспорядке и разбросанных вещах, не в том, что следовало бы проветрить, дело было в Каллиан, будто ее энергия, аура, называйте как хотите, наполняла все пространство, что пропахло одиночеством, и болью что резонировала от стен.
- Это жестоко, Каллиан, - он касается ее плеча, но она отходит осматриваясь, и явно осуждая внешний вид.
- Я почти не бываю дома.
То ли констатация факта, то ли оправдание всего этого, он не знает, просто следит за разбросанной концертной одеждой, за разложенными инструментами на полу. Только что осталось неизменно, это оставленные на тумбе кольца Каллиан, что уже покрылись пылью. Он даже не вызывал горничную, ему было некогда.
Она ушла в душевую.
Дверь хлопнула и Брендон тихо выдохнул.
Блядь! - прошипел он сквозь зубы, слыша, что дверь не закрылась.
Он прошел на кухню и достав стакан с полки плеснул в него джина, после сделав внушительный глоток. В голове рационально билось остаться тут, на кухне, но плотские желания, эмоции и скука сильнее били в голову, проходя по позвоночнику и отдавать внизу живота и стягивая напряжением, только от того, что он представлял, как капли стекали по обнаженному телу жены за тонкой стеной.
Блядство!
Стакан залпом был опрокинут в горло, проливаясь, и заставляя поморщиться. Пальцы подцепили сигареты с подоконника и он вновь закурил, в их квартире, и скинув куртку на стул, думая о том, как ему остопиздело думать, но как ему не хочется стать одноразовой акцией.
Он открыл дверь в ванную, и остановился в дверях, смотря на жену, пытаясь проваливаться в отвлеченные мысли. Хотя картины, что были перед глазами завораживали, ей богу, если она уснет, он точно передернет на них, стоя на месте Каллиан, чтобы скинуть это предательское напряжение.
- Тебе постелить новые простыни? - отвлеченный вопрос и новая затяжка никотина, - Я тогда буду спать в гостиной.- он задумался,- К слову, твой любимый комплект постельного белья, - на котором все произошло - я выбросил. Прости. Знаю, что это был чей-то подарок, но он меня бесил. - новая затяжка, и он выдохнул дым,- Ты не голодная? Могу что-нибудь приготовить. Правда шедевра не обещаю, не то состояние и время.

+1

10

Квартира, их квартира...она стала чужой, холодной, не уютной. Она словно в немом укоре показывала женщине всю жестокость ее решения, но... Уэллер действительно думала, что поступает правильно. Что так будет лучше для них обоих, а не только для нее, но легче от этого не было. Как не было легче и от попыток мужа быть благоразумным. И тот факт, что алкоголь начал ее отпускать... наверное, было бы все же лучше не писать ему, не вспоминать, не думать, но... Калли не могла. Нельзя вычеркнуть по щелчку пальцев из своей жизни того, кто и есть твоя жизнь.
   Она уходит в ванну, но не закрывает дверь на замок. Все еще на что-то надеется. Вот только на что она может надеяться? Не на что. Женщина смотрит на свое отражение и, поддавшись порыву, открывает шкафчик. Удивлена ли она тому, что там находит? Нисколько, но при этом, Уэллер осознает, на сколько именно паршиво Вентцу. Ведь, не смотря на все свои упреки тогда в палате, она знала, что муж не принимал ничего из запрещенного, пока они были вместе. Он бы не позволил бы себе этого рядом с Ивон. Ты так в этом уверена? Действительно уверена? Не спеши, Венц, еще месяц назад ты была уверенна и в том, что он никогда тебя не предаст! Внутренний голос, он просто полон сарказма и издевки, в то время как руки действуют сами. От береут таблетки, вынимают их, и, когда пачка оказывается пустой, выкидывают их в унитаз. Да, уверена, потому, что я медик! Потому что человек под кайфом определить очень просто!
  Скинув вещи, молодая женщина мимоходом отмечает, что нужно будет не забыть забрать их с собой, а в следующий миг скрывается за матовым стеклом душевой кабинки. Напор воды на максимум, температура...ближе к средней, и она просто стоит под этим ливнем из воды. Ей это не выносимо, ей трудно здесь находится, так как в прошлый раз...с ней принимал душ муж. Тогда он ласкал ее тело, шептал ей, что любит, обещал, что они всегда будут вместе... Со стоном отчаяния, Уэллер упирается лбом в стену, в надежде хоть так вырваться из пелены болезненных воспоминаний, но...она слышит голос мужа и от этого становится еще сложнее. Мазахизм...Мазахизм в чистом виде на пополам с садизмом! Почему наша любовь лишь причиняет боль?! Почему мы не можем просто быть счастливыми?! Выключив воду и открыв дверь, Калли просто стоит и смотрит на мужа: запоминает его голодный взгляд, каждой клеточкой своего тела впитывает его желание. И ей бы не провоцировать его, не разрушать еще сильнее, но... видимо алкоголя в ней было еще слишком много:
  - Плевать я хотела на тот комплект, но.. Брендон, либо мы спим вместе, либо я одеваюсь и еду пить дальше! Выбор за тобой. - выдав свой ультиматум, Уэллер стянула с сушилки полотенце, и, обернув его вокруг своего тела, направилась вон из ванной.

+1

11

All the lies I told you now the truth
Here I am with nothing left to lose
Now that I'm crawling in my skin
Maybe it's time I just give in
I've become the leader of the broken hearts

Сложно сохранять разум и держать ту грань, перешагнув которую можно всё испортить. Это было чертовски сложно осознавать, что Каллиан так близко, стоило протянуть руки и взять то, что было его, и что он до сих пор не пытался вернуть, потому что он был уверен, что ей так будет лучше, потому что понимал, что теперь между ними пропасть. Но он видел то, насколько плохо было и Каллиан, видел в ее глазах, во вспышках ее поведения, в ее провокации. Ужасно сложно, чудовищно сложно, сдержаться, когда все вожделеет, но мозг тушит любой порыв заставляя рассуждать трезво, помня все, думая о гребаных последствиях.
Блять, Вентц, откуда такой рационализм?
Очередная затяжка, и легкие наполнились густым дымом, что пронизывал, наполнял горло, отдавал горечью и отвлекал от естественных желаний, вызванных любимым обнаженным телом.
Она была пьяна, она хотела его, так же сильно, как и он ее. Только она открыто сказала, что это просто ее желание, желание вызванное отчаянием и пустотой за этот месяц, скукой. Она хочет любви, чтобы снова уйти.
Жестоко... Невыносимо...
Очередная затяжка, и окурок полетел в унитаз, после чего Брендон развернулся и пошёл следом за Каллиан, беря из сушилки чистую футболку и следуя за супругой в спальню.
- Ого, да ты раскомандовалась, - ухмыльнулся Брендон кидая Каллиан чистую футболку, - Надевай и ложись, я в душ и приду. Ты сказала, что мы спим вместе, окей. Ты уснешь и я приду. В любом случае, я тебя не выпущу из квартиры в таком состоянии.
Он устало выдохнул и потер переносицу, вновь поднимая взгляд на жену:
- Тебе не кажется несправедливым эта одноразовая акция. Вообще я могу обидеться, что ты хочешь использовать меня только как член для своих потребностей. Но это слишком зло Каллиан. Я бы принял это от кого угодно и нормально относился к подобному, но не с женой.
Он провел рукой по волосам.
И если хочешь выпить, могу принести бутылку. Но не думаю, что ты хочешь провести все время опустив голову в унитаз. Не лучшее времяпрепровождение.

+3

12

I'm not a stranger
No I am yours
With crippled anger
And tears that still drip sore

  Наверное... тот день, когда они встретились был проклят, а раньше ей казалось иначе. Хотя...нет, не может он быть проклят, ведь у нее в итоге появилась Ивон.
  Она понимала уже, что зря написала ему. Она все прекрасно понимала, но... ее задевал его отказ. Ей было больно от того, что он отказывает ей даже в такой мелочи.
  Путь от ванной до спальни - подобен хождению по раскаленным углем. Она помнит этот свой путь месяц назад, почти этот... и какая-то часть ее не хочет туда идти, но... к черту!
  Она заходит в спальню, смотрит на кровать и подходит к шкафу. Ей бы переодеться во что-то. И лучше всего во что-то повседневное, что бы можно было уйти и продолжить свое общение с алкоголем в местных барах, но вошедший следом за ней Брендон - отвлекает от этих мыслей.
- Да что ты говоришь? На сколько мне помниться, всегда командуешь ты. Как и сейчас, ты все решил и мое мнение не учитывается. - в ее голосе сквозит яд, но кинутую в нее футболку девушка ловит и надевает. Не смотря на то, что она явно только из сушки, но все равно пахнет своим хозяином. А может... ей просто так кажется. Она не знает. - Если я захочу уйти, то ты меня не остановишь. - но при этом, она все равно направляется к постели. К той ее половине, на которой всегда спала. Точнее, на которую всегда ложилась, но просыпалась исключительно в объятиях мужа. Ей хочется побиться головой об стену, но следующие слова Венца заставляют ее зло вскинуть голову - Зло?! Зло, Брендон?! То, что я написала тебе - это зло?! То, что я хочу секса с собственным мужем - это зло?! Да пошел ты к черту, Вентц?! Стерпел бы от кого угодно?! Вперед, удачи! - вскочив с кровати, на которую уже успела сесть, Каллиан стянула с себя футболку и, швырнув ее обратно в мужа, направилась к шкафу. Девушка судорожно доставала из него вещи: белье, джинсы, футболка... Ее трясет от обиды и боли, но она все равно пытается это все на себя надеть. Справившись с застежкой бюстгальтера, Уэллер обернулась к мужу и добавила - Сам пей свой алкоголь! Уж прости, но сегодня тебе придется обойтись без колес - я их ненароком смыла в унитаз! - после чего, вновь отвернувшись, принялась натягивать джинсы. Она была зла! И разочарована! И... она не знала, как еще охарактеризовать свое состояние.

Отредактировано Callian Weller-Wentz (2 Авг 2019 18:06:18)

+2

13

Это было так странно просто наблюдать, стоять и не понимать, что делать дальше. Как реагировать в подобной ситуации. От этого ужасно кружилась голова, и усталость, тяжёлой плитой все синее давила на плечи. Он был вымотан после концерта и ему хотелось спать, и напряжение, током проходившее по спине разрядом, пульсирующей болью отдавала в мозг.
Невыносимо.
Ему казалось смешным, то, что говорила Каллиан, про то, что командует он. С ней он чувствовал себя мужчиной, но явно всем заправляла она. И теперь она пыталась давить на что? На совесть? Жалость?
- Хочешь это проверить, - Вентц осклабился на ее уверение, что он ее не остановит. Если бы он считал это правильным, он бы давно просто принес ее домой, а не пытался избегать в надежде, что хотя бы один из них сможет порвать эту нить зависимости, что тянулась между ними, что оплетала, и сейчас была натянута столь сильно, что вырывала им сердца.
Вентц видит, сколь сильно она злится, и смотреть на это невыносимо больно. И ее слова ранят. Они слишком сильно ножами вонзаются в душу, ввинчиваясь в голову.
Как же ему хочется орать в ответ, съязвить на каждое ее слово. Каллиан сказала, что хочет секса, а в машине, что это лишь ее текущее желание. Да, чем Брендон лучше вибратора сейчас?
Тоже не самое приятное ощущение. Впрочем, он понимал, что он утрировал, понимал, как на самом деле все болезненно плохо между ними, сколь тягуча эта мука, пустота, которую хочется заполнить, и что ее слова всего лишь защита и ее оправдания, потому что им трудно быть не в месте.
Когда она ворвалась в его жизнь, сказала об Ивон, и сделала все, чтобы без ее присутствия ему было паршиво, тогда уже было понятно, что больше никого и никогда он к себе так близко не подпустит, да и мысль о ком-то еще казалась бредом.
Он глухо выдохнул, смотря на ее сборы, поджимая пальцы в кулаки. А глаза гневно расширились от того, что она смыла его таблетки.
Блядь!
Это было глупо оставлять их в шкафчике, но туда никто не мог залезть. Кроме нее...
Его пробивала злоба от ее поведения, от ее слов. Злоба наполняла его, застилая разум и остатки контроля.
Он в два шага оказался подле нее, резко хватая жену за запястье.
- Вот как, решила сделать из меня большего ублюдка, чем я есть? Ладно, хочешь секса? Хочешь на одну ночь, что ж, тогда я и относиться к этому буду должно. И, коль плевать на твое мнение, это будет так.
Он с силой сжал тонкую руку, и дёрнул женщину к себе, не обращая внимание на не надетые штаны, это было даже забавно, что ее ноги в некоторой мере были зафиксированы. Он приподнял ее и грубо кинул на кровать, смотря сверху вниз.
Злоба и возбуждение отдавали тяжестью внизу, и жар прошел по телу.
Он быстро снял футболку, откидывая ее в сторону и пальцы растянули ремень на штанах. Внутри него горел огонь, уязвленная гордость колола, а тоска обратилась в гнев и желание наказать ее, сделать это грубо, так, как это происходило с пьяными особами, которые желали подтянутого cтюарда или избалованного сына богатея. Это будет его игра и она сама это спровоцировала.
Она хотела, она получит. Получит, даже если передумала. Потому что теперь это было надо ему.

Отредактировано Brendon Wentz (15 Авг 2019 23:50:56)

+1

14

Что ее злило? От чего ей хотелось задеть его посильнее? Почему хотелось сделать как можно больнее? С какого момента чувство злости и обиды пересилило их любовь? Почему ей так важно, что бы он перестал себя сдерживать и показал свои истинные чувства? Неужели ее так сильно задело его молчание на протяжении всего этого месяца? Но ведь это было ее желание. Ее требование, которое он выполнил.
  А ведь когда-то... их семейная жизнь, если можно так сказать, была идеальна. Они всегда чутко улавливали состояние друг друга; всегда знали, чего хочет другой; всегда понимали друг друга без слов. Так было с того самого момента, как она переехала с дочерью в его квартиру. Еще тогда, зимой, в Лондоне... А теперь этого всего уже не было... или же было? Ведь, не смотря ни на что, она чувствовала его состояние...
  Стоя к нему спиной, пытаясь одеться, Каллиан затылком чувствовала его взгляд и то, на сколько сильно взбешен муж. Но она чувствовала не только его злость, но и боль, обиду, разочарование... Его эмоции - они были полностью зеркальны ее собственным, и от того на кончике языка зарождалась горечь. Они уничтожали друг друга, ломали, но... друг без друга мы вообще исчезнем... Эта мысль проскальзывает в тот момент, когда Брендон внезапно оказался позади нее и схватил девушку за запястье и, тем самым, вынуждая повернуться к нему.
- Вот как, решила сделать из меня большего ублюдка, чем я есть? Ладно, хочешь секса? Хочешь на одну ночь, что ж, тогда я и относиться к этому буду должно. И, коль плевать на твое мнение, это будет так. - его слова... о, да, они так и пропитаны яростью, а еще... желанием. О да, он больше не собирался сдерживаться, не собирался утихомиривать жену, но... и быть нежным он не собирался. Сегодняшняя ночь явно будет первой, когда музыкант не будет задумываться над тем, что именно жену он обнимает... А ей и не нужна нежность. Ей не нужна осторожность. Здесь и сейчас ею владели два состояния: страсть и желание сделать как можно больнее.
  Хватка, секундный полет и вот она уже спиной лежит на кровати. Страха нет. Лишь желание. Приподнявшись на локтях, Уэллер внимательно следит за действиями мужа. За тем, как он стягивает с себя футболку и ее взору открывается его тело... совершенное... любимое... В ее горле появляется ком, от которого она избавляется с трудом. Она продолжает наблюдать за действиями его музыкальных пальцев, что так виртуозно умели извлекать из нее стоны наслаждения...
  Ее тело живет своей жизнью... в какой-то момент, ей все же удалось избавиться от джинсов и вот, она уже стоит перед ним на коленях. Благодаря высоте кровати, они даже становятся одного роста, а руки Каллиан сами тянутся к молнии на брюках мужа и расстегивает ее. Ее губы впиваются в его жестким, болезненным поцелуем, а ногти оставляют кровавые полосы на его спине. Она прижимается к нему всем телом, кусает его губы и блуждает руками по его спине... Ей так много нужно сказать, но... это было сейчас ни к чему... не смогу... не смогу от него уйти... просто не смогу... он только мой! и только я способна вывести его на эмоции... только я могу причинить ему боль... мы повязаны... повязаны собственными чувствами и зависимостью... Ее пальцы оказываются в его волосах и она с силой сжимает их в кулаке и тем самым вынуждая его посмотреть себе в глаза:
- Ты принадлежишь мне, только мне и никому другому... не стоит об этом забывать!

+1

15

Возбуждение прошло горячей волной вниз, застилая глаза, заставляя испытывать злобу и вожделение. Вот она, перед ним, хочет его, нуждается в нем, не доверяет ему и при этом она тут, звонила, просила, бесилась, приказывала.
Блядь!
Она же была той, кто стояла рядом, кто ехидно улыбалась, курила наравне с ним, и он любил смотреть на то, как губы обхватывали фильтр сигареты, и как в с виду утонченной но характерной английской леди проявлялась дерзость и некая приятная, приятная расхлябанность. Блядь, образ, всплывающий из воспоминаний сейчас играл не на руку Вентцу, который все ещё пытался подумать о правильности, но нет, все было не так, все было с болью, с кровью с борьбой с обидой.
Ее пальцы оказались на молнии его брюк, и звук замка приятно раздался в их спальне. Каллиан слишком явно могла чувсвовать его желание, мучительное, тянущее, что упиралось в плотную ткань, желая высвободиться, желая прикосновений, желая внедриться в ее горячее, сжимающее, влажное и склизкое бархатистое нутро. Резко, с болью.
Ухмылка на его губах, от ее хвата за волосы и взгляда в его глаза, который бил по нервам, заставляя его член ныть сладостнее, мучительнее.
Брендон подался вперед, не сводя взгляда с жены, смотря в ее глаза, и почти касаясь ее губ выдохну в них:
- Я об этом и не забывал, но это ты не веришь мне. А теперь диктуешь условия? - он подался назад, и резко оттолкнул ее на кровать, - Я сказал, что это будет так, как скажу я. - он приподнял одну бровь, он так не хотел быть ублюдком, больше не хотел, но она вынуждала поступать так. И не сказать, что сейчас его это не заводило. Он скучал по ней, он скучал по ее затуманенному взгляду, по ее прикосновениям, по ее напору и тому, как она умела добиваться от него своего. Она была сильной, она была несгибаемой. Блядь, она была достойный представитель своей профессии.
- Не вставай!
Брендон осмотрел на женщину сверху вниз, ему нравилось то, что он видел, и от этого злость с каждым мигом усиливалась в нем, возводя его напряжение, желание и состояние в некую непреодолимую степень.
Ты обещала мне верить!
Я сказал тебе, что мне никто не нужен!
Почему ты не слышишь меня!
Почему ты вернулась, если ушла!
Почему ты не дашь мне просто подохнуть в одиночестве!

Большие пальцы поддели одежду на поясе и он стянул с себя джинсы вместе с боксерами, позволяя им отлететь в сторону.
Колено опустилось на кровать между ее ног, и он злостно осмотрел ее. Он любил ее и ненавидел, эмоции смешивались в безумный коктейль, где каждое ощущение било по позвоночнику отдавая то в мозг, то в пах, ввинчиваясь безумием в нервы, сплетая их.
Он переместил вторую ногу на кровать, раздвигая ее ноги коленом. Так пошло, так мучительно, и такая приятная тяжесть внизу. Медленно приподнимаясь, Брендон медленно провел тельцами по ее голени и медленно, неуместно нежно провел по внутренней стороне ее бедер, обводя их и резко подхватив ее за колени, он резко насадил ее на свой член, с усилием, без прелюдий и церемоний, ощутимо для них обоих.
Мышцы обхватили его орган, так сильно, так приятно, что голову сносило. Резкий толчок. Еще один. Размашистый, злостный. С каждым разом он скользил все сильнее, обволакиваемый ее влагой.
- О, да ты течёшь, мне нравиться.
Брендон отпустил ее ноги, опускаясь над ней, кладя руку на ее плечо и вминая в матрас, принимая удобное положение для себя, совершенно не заботясь о ней. Вновь резкое размашистое движение и приятное сопротивление, от которого сводило зубы.
Блядь! Блядь!! БЛЯДЬ!!!
- Я ненавижу тебя! Я люблю тебя! - голос похож на утробное шипение, но кажется он впервые сказал ей, что любит.

Отредактировано Brendon Wentz (16 Авг 2019 00:30:59)

+1

16

Рядом с ним она всегда становилась иной. Она переставала быть той чопорной леди, которую в ней воспитывала мать. Рядом с ним, каждый раз, даже когда они не были вместе, она становилась собой - взбалмошной, импульсивной и отчаянной молодой женщиной. Вместе с ним она не боялась рисковать, легко соглашалась на любое безумство и, будем честны, никогда не жалела. Даже на протяжении этого месяца... Калли сожалела о чем угодно, но только не о решении стать его женой. Да, больно. Да, противно, но... именно с ним я была счастлива. Только рядом с ним поняла, что такое жить по настоящему...
  Их губы разделяют миллиметры... она не столько слышит его голос, сколько чувствует, что он говорит... Она понимает,о чем идет речь. Как знает и то, что муж сейчас не нуждается в ее ответах или согласии, но, тем не менее, она выдыхает ему в губы, стремясь убрать эти миллиметры, что их разделяют:
-Да... - а в следующий миг она вновь падает на матрац, что бы уже лежа на нем, облизывая пересохшие губы, наблюдать за тем, как Брендон избавляется от остатков одежды. Сколько раз, в пылу страсти, она расцарапывала его спину до крови? Сколько раз, утомленная после секса, она не спешно изучала его тело кончиками пальцев? Сколько раз, она покрывала его поцелуями?.. Много... очень много. И она знала его тело не хуже, чем он ее. И это было... естественно, правильно...
  Низ живота давно уже сводит судорогой... Она хочет его, нуждается в нем и не собирается это скрывать! А он все медлит... Калли чувствует его руки на своих ногах, их нежнейшие прикосновения, что этой ночью были не уместны, а в следующий миг он уже глубоко в ней! И от того, на сколько ярко это все происходит - молодая женщина стонет от удовольствия.
  Каждый его толчок, каждое грубое проникновение,которое по идее должно причинять как минимум дискомфорт - она встречает с радостью. Ей не нужна его нежность. Не сегодня, когда они оба на взводе. Сейчас, ей требуется лишь его грубость и желание удовлетворить этот чувственный голод.
  - О, да ты течёшь, мне нравиться. - его слова... кому-то они могут показаться обидными, но только не Венц. Прогнувшись в пояснице от очередной волны наслаждение, девушка со стоном промолвила:
  - Только для тебя... - и это правда. Они оба это знают. Оба знают, что в ее жизни и постели есть место лишь для него. И это не измениться. Никогда. Как бы ей не хотелось обратного. А хотелось ли?..
  Каллиан чувствует вес его тело. Понимает, что сегодня все будет не так как раньше. Точнее, именно как раньше и будет. Ведь сейчас... они не были мужем и женой. Они были Брендоном и Каллиан, что познакомились в самолете и занялись сексом в кабинке туалета. Но ей плевать на это! Здесь и сейчас, чувствуя его тело и то, как с каждым разом его член все яростнее входит в ее тело, она прикусывает зубами его плечо, что бы не кричать от наслаждения.
- Я ненавижу тебя! Я люблю тебя! - она слышит его слова, она их чувствует и это подобно... помилованию. Он никогда раньше не говорил ей о своих чувствах... по крайней мере словами... и то, что он сказал их сейчас... Ей хочется ему ответить. Хочется сказать о своих чувствах, что так и остались неизменными, но вместо них она шепчет ему на ухо:
- Я просто сдохну без тебя... - после чего сильнее сжимает его бедра ногами, а губы вновь находят его для того, что бы опять почувствовать вкус его поцелуя... ей хочется быть сверху, вновь показать, что они на равных, но... это была его ночь, и правила так же были его...

+1

17

Дыхание резкое, и кажется сердце колотиться слишком сильно, позволяя злобе наполнить его, подобно сосуду. За что он злиться на нее? За то что она не услышала его? За то что ушла?
Он он ведь сам виноват, сам позволил обмануть себя, сам впустил этого ублюдка с его бабой, повёл себя, как идиот, наивный идиот, забывший о том, что его отец вечно вдалбливал ему в голову то, что у их семьи слишком много врагов.
Да, блядь, он забыл, он поверил, что смог сбежать, и теперь он был наказан. Жестоко наказа. Поэтому он злился. Поэтому его рвало эмоциями, заставляя ненавидеть себя, и вкладывать в каждый толчок эту прожигающую ненависть.
Ее гладкие мышцы нутра обхватывали его член, сопротивляясь, сжимая, раз за разом выдавливая сдавленный, утробный стон из него. Горячее нутро, и влага, сочащаяся по его члену, безумный дурман, возбуждение проходящее по спине, ее голос, ее ноги, обхватившие его.
Резкое движение, и он останавливается, будто вдавливая себя в нее, прикрывая глаза, от бьющего электричества, от пульсация возбужденного органа. Он ухмыляется, еле заметно начиная движение, отпуская ее плечо.
Пальцы скользят по ее рукам, чувствуя гладкость ее кожи и резко обхватывают ее запястья, с усилием притягивая ее к себе, заставляя приподняться и сесть сверху.
Ему нравиться видеть ее одурманенное лицо, чувствовать запах ее тело, слышать ее сбивчивое дыхание, и чувствовать трепет ее тела.
Вновь резкое движение, он подхватывает ее под спину удерживая, резко входя в нее, вдавливаясь пальцами в кожу на ее спине, смотря в ее глаза.
Она сказала, что сдохнет без него, и он не сможет без нее. Она была действительно солнцем в тьме его жизни, ебаным светочем, которого он оказался недостоин, и без которого он вновь вернется на дно, в чем он не сомневался. Все было не случайно. и наверное его набожная тётушка сказала бы, что все испытания нам посылает бог не с проста, но пошла бы тётушка нахуй с ее взглядами.
Сейчас он удерживал ее, смотрел на нее.
Губы коснулись ее ключицы, и язык мягко скользнул к груди, которой коснулись пальцы второй куки сминая ее, ощутимо, резко. Все с болью, с желанием, без нежностей, которой не было место. Губы обхватили ее набухший сосок, втягивая его, обводя языком, прикусывая, заставляя ее отреагировать на это. Вновь резкий толчок в ее нутро, и горячая влага с гладкими обхватывающими с силой стенками.
Язык скользнул ко второму соску, и пальцы сильнее вдавились в спину, заставляя Каллиан прогибаться. Пальцы сжимаются на ее груди, с усилием, ему хочется, чтобы она чувствовала это, пусть потом ему будет стыдно, но не сейчас, сейчас он зол на нее.
Она ушла, но ведь она поступила верно...
- Прости... - нехотя вылетают слова из его рта.
Прости, что был хреновым мужем... Я просто не умею.
Нос коснулся ее шеи, и последовал мягкий поцелуй, но лишь на миг, обманчивое действо, чтобы резко отпустить руку, позволяя вновь упасть ей на простыни. Он вновь опустился к ней, вжимая ее своим телом,проводя рукой под бедром приподнимая и отводя его в сторону.
Движение. Еще одно. Он чувствовал, как горячая волна накатывала к его естеству, пытаясь сдерживать конец. Слишком рано было отпускать ее. Вновь движение и он отстранился, злобно осклабившись.
Хочешь сверху? Покажи, как зла ты.

+1

18

Секс с мужем - это всегда... феерия; калейдоскоп эмоций и ощущений; ярчайшие взрывы эмоций и полное единение не только тел, но и душ. Да, они были единым целом. Они давно им стали, просто... сами не заметили как. Наверное, в какой-то степени, они не хотели этого; они не привыкли к такому; они оба были одиночками. Да, были отношения, был секс, но... Каллиан была уверена, что для него все это было так же ново все, как и для нее. Такое чувство, что все, что было "до" - было всего лишь репетицией; было тем, что позволяло острее чувствовать всю красоту того, что получила...
  Грубые, резкие толчки внутри ее тела. Его глаза, что кажется, смотрят прямо ей в душу и она не может отвести взгляд, прервать контакт. Сейчас, она уязвима как никогда, она обнажена не только телом, но и душой... Вот только, у них всегда было так. Они не умели иначе, а она об этом забыла. Глупая... как же легко оказалось выбить ее из колеи. Как же легко она готова была разрушить то, что и было ее жизнью. Вот только... она знает, он больше ее не отпустит; не позволит уйти окончательно!
  Нежное прикосновение пальцев к рукам, пульсация его члена глубоко в ней, рваное тяжелое дыхание, что является одним на двоих. Она позволяет ему делать с собой все, что он хочет! И в тот момент, когда он вынуждает ее подняться, брови Калли удивленно взлетают вверх. Вот только, она не успевает удивиться, так как последующий грубый толчок просто выбивает из ее головы все мысли вместе с воздухом из легких. Она задыхается в его объятиях, плавится от каждого проникновения и просто теряет голову от того, что он вытворяет с ее грудью! Да, жестко! Да, грубо! Но, черт возьми, это была их жизнь и это были их отношения!
- Прости... - слово-стон, слово-мольба... то самое слово, которое столь редко звучит в его устах. Слово... которое подобно бальзаму проливается на ее израненную и покалеченную душу. Она не успевает ответить, не успевает сказать, что виноваты оба, как вновь чувствует спиной прохладу простыней. И вновь глаза в глаза, тяжесть его тела и счастливая, блаженная улыбка на ее губах. Здесь и сейчас - она счастлива! Она согласна на все, на любое его требование в постели, но... он опять удивляет... Хочешь сверху? Покажи, как зла ты. - зла?... да, я зла... но не на тебя ... на ситуацию в целом...
- Хочу... - от сотрясающего тело напряжения, ее голос хрипит, а глаза блестят с оттенком безумия. Да он, по сути, и был ее безумием. Он был ее палачом и ее спасением. Он был для нее всем!
  Резкий рывок, еще сильнее прижатые к друг другу тела и вот, спустя мгновение, она уже сидит сверху; сжимает коленями его бедра и пристально смотрит в глаза. Она не спешит двигаться... не спешит заканчивать эту агонию... лишь едва касаясь, она проводит подушечками пальцев по его лицу и все же положила на его губы указательный палец. Пришло время откровений... пусть не вовремя... пусть не уместно... но, для нее это было важно... И все же она не сдерживается, сжимает его член внутренними мышцами, касается его губ мимолетным поцелуем, а после шепчет в них:
- Не извиняйся... не надо... я чувствую твои эмоции так же ярко, как и свои... мы виноваты оба... и этот месяц... он был адом... я не уйду от тебя... - она впивается в его губы жестким поцелуем! Да, все так, как и было в начале: боль в перемешку с наслаждением, страсть на пополам с любовью. Ногти впиваются в его плечи до кровавых следов. Она не спешит двигаться, не позволяет себе кончить, хотя хочет... она мечтает о разрядке, мечтает о том, что бы вновь взорваться сверхновой, но... рано... пока, рано. Она вновь отрывается от его губ и добавляет - Что бы не происходило в будущем... никогда, никогда блять, не позволяй мне оставаться одной! Просто держи меня крепче! - она вновь целует его, вновь сжимает внутренними мышцами его каменный член, а после... после попросту встает. Да, она не получила удовлетворение, ее ноги подкашиваются, а низ живота сводит судорогой, но... ей хочется игры, ей хочется, чтобы муж полностью отпустила себя этой ночью и показал себя во всей своей порочности...

+1

19

Он не сомневался в том, что она захочет оказаться сверху, что захочет проявить себя, им это было необходимо. Слова, слова все закончились тогда, когда он пришел в больницу, когда он говорил ей о своих чувствах, когда просил ее поверить ему, когда сдал свою кровь, когда получил пощечину, все еще стараясь объяснить ей, что он ничерта не помнил, что оне знал, что произошло, что не позволил бы такому случиться.
Он говорил ей, писал ей, пытался быть услышанным, но нет, все было тщетно.
Нет, он не винил, ее... Разум не винил ее, понимая, что слишком явными были доказательства, трудно не верить своим глазам. Да, блядь, даже понимая, что это это был дурман, трудно принять, что другая была была с ним, лежала на их семейном ложе и стонала под ним, пусть и наигранно. Он все это понимал, понимал, черт побери, но легче от этого не становилось.
Слишком много эмоций, боли, ошибок.
Она вернулась, а он так отчаянно пытался быть разумным, так отчаянно пытался сделать все правильно и нихрена не вышло. Она была наваждением, а он не был железным. Хотел бы, но не мог. Не мог с ней.
Она резко насадила себя на его член, и мышцы призывно обхватили его, отдавая огнем. Ему было душно, пот выступил на его теле, от напряжения, и мышцы сводило от физической активности, но приятные ощущения стоили того. Ее движения, и новое приятное давление на его орган, его обволакивало, и от ощущений сводило зубы.
Пальцы легли на ее бедра, сминая кожу, направляя ее, чувствуя каждое движения, прикосновение ее набухшего клитора к его коже, от которого он глухо выдыхал, приподнимая бедра на встречу ее движениям.
Ее слова, они проникают в глубь его души. Так неуместно. Он не умеет испытывать такие  эмоции, но сейчас сожаление и боль струились под его кожей, распаляя, хотя должны были сбивать.
Для нее этот месяц был адом, как и для него. Он работал, а потом был в пустоте, в неком холоде одиночества. Как быстро он отвык быть один. А ведь раньше был уверен в том, что он не создан для семьи. А теперь лишь удивлялся тому, как на самом деле нуждался в поддержке и уюте. В чем-то светлом, искреннем, что не требовало обязательств.
Мать любила его, но он должен был быть хорошим мальчик, общаться с определенными людьми, выбрать определенную работу и не быть собой. А Каллиан... Он верил в то, что будь он просто бортпроводником, что хотел петь, она все равно была бы с ним.
Дурочка...
Поцелуй, ее ногти впивающиеся в его тело. Боль. Физическая боль так ничтожна, но сейчас она так прекрасно дополняет коктейль их страданий, их нужды друг в друге.
- Не отпускать, даже если я понимаю, что я не лучший вариант для тебя? - так трудно говорить сейчас, но он смог, и лишь насмешливо кивнул,- Хорошо, ты сделала свой выбор...
Он прикрывает глаза, чувствуя, с каким усилием она обхватывает его, и ощущая, как накатывает на него волна разрядки, всего пара движений до финала. Она напряжена, он ощущает, как ее мышцы напряжены под его пальцами, она натянута подобно нерву, но...
Она встает с него, встаёт с постели, отправляясь в сторону душевой.
Что за херня?
Брендон не понимает, чего она хочет, то ли это игра, то ли наказание. Но нет, так не пойдет, он не собирается оставаться неудовлетворенным. Она вновь втягивает его в игру по своим правилам, пусть и пытается показать, что игра на его поле.
Нет, он попал, он это знает, он не отрицает.
Злоба, упрямство и желание, они слишком сильны в нем, они смешались с кровью.
Он поднимается, резко хватая ее за руку, смотря в глаза и припирая разгоряченной спиной к холодной стене между комнат, смотря в ее глаза, изучая, злясь сильнее.
Я, кажется. тебя не отпускал. - он приподнимая бровь, подхватывая ее ноги, закидывая себе на талию, и вновь без лишних раздумий входы в нее, - Забылась?
Вторая рука скользнула между ног, смачивая пальцы ее влагой, обводя ее клитор, поднимаясь чуть выше надавливая и мягко проводя вновь по чувствительному месту с силой давя, наращивая темп пальцами, не хотела по хорошему, значит кончит так.
Грубое движение бедрами, заставляющее тело жены ощутимо удариться о стену, и движения рукой и он насадил ее на себя. Ее нутро невыносимо стягивало его, что желание с новой силой подступало, он готов был кончить, выскользнуть из нее, но сперва он должен был услышать ее стон, почувствовать дрожь ее тело, ощутить силу ее нутра и последующее расслабление.

Отредактировано Brendon Wentz (6 Окт 2019 22:47:19)

+1

20

Трудно быть умной... Глупо быть рациональной... Любовь не терпит логики! Любовь не терпит сомнений! Ведь сомнения, логика...они убивают чувства! Они убивают отношения, в какой-то степени. А их отношения... они всегда были не стандартами, они всегда были на грани! И она любила его за это! Любила за то, что Брендон играючи вытаскивал наружу самые темные ее желания, самые заветные мечты... и осуществлял это! Вместе с ним она познала такие грани чувственного наслаждения, о которых даже и не подозревала! Она движется не спешно, она издевается над ним, она мстит за этот месяц одиночества...
  - Ты - лучшее, что есть в моей жизни... - она говорит это тихо, в надежде на то, что не услышит, но... глупо надеяться на подобное - Свой выбор я сделала в тот момент, когда сказала "да" январской ночью! - просто забыла о этом... слишком все было хорошо!
  Наверное, это было слишком жестоко, лишать разрядки и себя, и его, но... Каллиан знала, он не позволит ей уйти далеко; не позволит себя так жестоко обломать! И это действительно так! Она не успевает сделать и нескольких шагов, как его пальцы хватают ее за запястье, останавливая, не позволяя уйти дальше! Она наклоняет голову, что бы скрыть волосами довольную улыбку на своих губах. Он сам научил ее этой игре. Сам показал, на сколько то кайфово... играть вдвоем! чувствовать друг друга, понимать без слов и просто наслаждаться каждым моментом!
Прохлада стены приятно успокаивает ее разгоряченную кожу и остро контрастирует с жаром его тела! Она наслаждается каждым мгновением и с трудом сдерживает самодовольную улыбку. Здесь и сейчас она вновь стала собой, она больше не сломленная. Она знает силу своей власти над мужем. Вот только... эта власть обоюдна, ведь она полностью в его подчинении; покорна любому его желанию...по крайней мере сейчас!
- Я, кажется. тебя не отпускал. - она слышит его голос. Чувствует, как он бьет током по нервным окончаниям и не сдерживается, стонет от переполняющих ее эмоций. А ведь хотела сдержаться, хотела довести его до белого каления своим безразличием... вот только, смешно это... ведь он чувствует ее возбуждение, чувствует, на сколько! она мокрая! - Забылась?
  Она не отвечает ему, лишь покорно обхватывает ногами его бедра и впивается зубами в его плечо! Она на грани! Она хочет дикого, яростного секса, а взамен получает изощренную ласку. Муж дразнит ее... мстит за проявленное своеволие; наказывает за то, что посмела усомниться! Он врывается в ее тело одним мощным толчком! Опять! В то время как ее ноги крепко обнимают ее за бедра. Она знает, что задела мужа, знает, что расплата будет жесткой , но... она хотела этого!
  Его пальцы - на ее клиторе; его дыхание, которое хочется поймать и не отпускать! Она понимает, что он будет играть изощренно. Понимает, что виновата сама, но попросить пощады - это слишком просто. Она хочет, чтобы муж сдался первым; что бы не сдерживал собственных демонов; что бы позволил ей прийти к оргазму одновременно с ним... Вот только вместо этого - грубые толчки внутри ее лона и яростная ласка его пальцев. Они делают свое дело, она почти на грани,  но все равно шепчет с мольбой:
-Пожалуйста, позволь.... позволь мне кончить! Позволь мне кончить вместе с тобой... не хочу одна... хочу чувствовать тебя...

Отредактировано Callian Weller-Wentz (25 Авг 2019 02:41:04)

+1

21

Стена, твердая, холодная, грубая, и ее спина, спина Каллиан, упирается в нее, из-за толчков скользя по неровной поверхности. Его обуревают эмоции, и он чувствует, сколь сильно ее мышцы обхватывают его член, как она изнывает, желая получить разрядка. Ему жарко, душно, его поясница напряжена удерживая женщину в не самом удобном положении, но ему нравится ощущать напряжение в ее мышцах, нравится видеть, как она подбирается, слышать влажные хлопки, в которых смешивался пот с их смазкой. Она была мокрой, и он чувствовал, как ее влага стекала по его ногам, как она сочилась под его пальцами, под его движением. Ее волосы становились влажными от пота, а затуманенный взгляд его дурманил. Пульсация в его члене, и от стягивающих в кольцо мышц по телу расходилось будоражащая злоба. Он чувствовал, как к нему подкатывало желание кончить, отпустить все и наслаждаться? упав на пол обессилены и притянуть ее к себе.
Влажные пальцы скользнули по ее бедру, отпуская ее клитор, скользя по лобку, и бедра подались вперед в резком толчке.
Напряжение оно слишком сильное, оно ощутимое, но нет, он не даст ей того, чего она хочет. Он слишком долго был без подобной близости, слишком долго не чувствовал ее запах, не слышал ее стонов, не видел ее глаз, которые застилала страсть.
Неимоверно. Сложно.
Но ему хотелось этой грубости. И этой ласки. Его чувства были противоречивы, его желание было слишком сильным. Его пальцы сжались на ее запястьях, вдавливая ее в стену, не чувствуя усталости он подобных манипуляций. Потом его мышцы сведет, потом он вспомнит о возобновлении тренировок, но сейчас адреналин в крови, и лишь страсть, огонь.
Губы касаются ее шеи. Он прикусывает тонкую кожу, проводя по ней языком, чувствуя солоноватый вкус.
Ему нравится судорога, что пробегает по ее телу. Чувствует ли она ее? Он она столь податлива в его руках, столь послушна, и искреня в своих желаниях, похоти и эмоциях, что его член тянет сильнее от мыслей.
хочу чувствовать тебя...
- А ты не чувствуешь? - шальная, злобная улыбка, и резкий толчок в ее лоно, так что его яички стянуло, дав в голову очередной волной ощущений. Он поджимался, сдавливая ее запястья, прижимая ее телом к стене, и вдруг резко отступая, позволяя ей остаться висеть на нем.
Брендон подхватил ее под ягодицы и вновь вернулся на кровать, садясь на нее, оставляя Каллиан сверху. Пальца скользнули по ее груди, скользя по округлости, и задевая ее соски.
Губы нашли затвердевшие части ее груди, подхватывая их зубами поочередно, чувствуя, как жена сама начала двигаться.
Грудь, небольшая и красивая, мягкая, под его губами. Язык обвел один ее сосок втянув, затем другой. Ладонь прошлась по ее влажной спине и вновь мягко пальцы вернулись на ее клитор, пока пальцы другой руки мягко обводили ее анус.
Он смотрел на ее лицо. Накатывало. Слишком сильно и сдерживаться было невозможно. Она была натянута подобно струне, и желание душило.
Он достаточно оттягивал, она была на предела.
Движения. Быстрые. Грубые резкие.
Ладонь скользнула на ее бедра, обведя контур и медленно вернулась на спину с силой ухватывая жену за волосы, заставляя ее голову откинуться. Ему нравится ее податливость, ему хочется, чтобы она чувствовала боль.
Она выгнулась и грудь красиво округлилась, вновь позволяя языку и губам ласкать ее, чувствуя, как сок Каллиан стекает на постель. Еще немного и он будет готов ее скинуть с себя, главное услышать этот звук, почувствовать то, как волна удовлетворения пронзит ее.
- Я люблю тебя...

+1

22

Шершавая стена... горячее тело... она прижимается к нему на столько сильно, на сколько это вообще возможно. ее нужда в нем сродне зависимости, но... так было всегда. С самого первого раза, просто тогда это было не так ощутимо. Она просто не успела "подсесть" на него окончательно и бесповоротно. Тогда у нее еще был шанс задушить эти чувства в зародыше, но... она не воспользовалась им. Даже тогда, будучи уверенной, что ей ничего с ним не светит, что они никогда больше не увидятся... Уже тогда она понимала, что он - лучшее, что было в ее жизни. Странные мысли, для столь рациональной особы, но... она лишь убедилась в их правдивости, когда узнала о беременности. Она ведь даже не задумывалась над абортом. Так, мелькнула мысль, и исчезла в следующую секунду. Потому что не смогла бы... Потому что это был ЕГО ребенок... Это ли не знак от Судьбы?..
  Холод стены уже давно не чувствуется... а может, она уже и не холодная, от жара их тел, хаотичных движений и желания стать еще ближе. Его член, пульсирующий, твердый... с каждым толчком он проникает все глубже. С каждым движением его пальцев на клиторе, она лишь громче стонет и сильнее впивается ногтями в его плечи. Ей мало этого. Черт возьми, ей все равно этого мало! Она хочет оргазма, но... нет. не сейчас, слишком давно они не были вместе. Слишком долго не ощущала его рук на своем теле, не упивалась вкусом его поцелуев, а их тела не сходились в яростном танце. Да, сама виновата, но это уже прошлое. Прошлое, из которого она все же вынесла урок и не разрушила свою семью.
  Потому что он здесь. С ней. В ней. Он ее и только ее. Она чувствует, на сколько он напряжен. Понимает, что любимый сдерживается из последних сил; что не смотря на свою злость, все равно стремиться доставить ей удовольствие. Не смотря на его слова, все и всегда будет для них обоих. И тем упоительное звучит его хриплое дыхание под аккомпанемент из влажных шлепков. Она любит его песни... любит его музыку... но музыка их близости во много раз краше. Потому что они создают ее вместе.
  Его рука, что жестко фиксирует ее кисти. его зубы, что аккуратно, но ощутимо прикусывают нежную кожу. с ее губ срывается очередной стон, а тело не произвольно вновь выгибается. Точнее... оно пытается это сделать, но слишком тесно они прижаты к друг другу. Судорога по телу, очередной сильный толчок и она не сразу понимает, о чем он ее спрашивает. В голове царит сплошной туман, но этот туман... он желанный. Облизнув пересохшие губы, Каллиан прижимается ими к его ухо и прерывисто отвечает:
- Я хочу чувствовать тебя в тот момент, когда ты кончишь... во мне... со мной... на другое я не согласна!
  Рывок, и она словно чувствует себя вмурованной в стену. Слишком сильно он прижимает ее своим телом, но... она и рада. Лишь сильнее сводит ноги на его бедрах и яросто целует. ОРна чувствует стальную хватку его пальцев... где-то на периферии сознания мелькает мысль о том, что могут остаться синяки, но это такие мелочи... особенно, когда он резко их отпускает и подхватывает жену под ягодицы.
  Вновь кровать... вновь глаза в глаза... и она тонет... тонет в тех эмоциях, что читает в его взгляде... тонет в той нежности, с которой он ласкает ее грудь. И она начинает двигаться... медленно... размеренно... чувственно... Она цепляется пальцами за его плечи, как за опору...
  Они оба уже на грани... оба почти достигли своего предела, но... но все равно медлит. Ведь это так... волшебно, знать, что твой мужчина тебя любит; что даже когда все пиздец как хуево - ты для него целый мир; что твои чувства полностью взаимны.
  О да, он знал ее тело... знал все еще чувственные места и то, что она любит... знал, как подстегнуть ее желание. В тот момент, когда его палец прикасается к ее анусу, когда начинает его нежно массировать - она сдается и ускоряет темп. Потому что больше не может выносить этой сладостной пытки. Она не просто движется на нем... она словно объезжает норовистого скакуна. Дыхания давно уже не хватает, а в горле словно пожар. С каждым движением, с каждым его прикосновением они становятся ближе к наслаждению, что будет одним на двоих. Она уже почти...
- Я люблю тебя... - его признание - это последнее, что зафиксировал мозг перед взрывом сверх новой.

0

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»


голосуем:
Рейтинг форумов Forum-top.ru


Вы здесь » Chicagoland » Архив эпизодов » over and over